Он снова приближается к губам, я послушно раскрываю свои, встречаю его язык.

Стараюсь расслабиться, шире развожу бедра. Хочу опять удовольствия. Очень хочу. Готова потерпеть.

Мы целуемся, Денис ускоряется, мое дыхание тоже…

Пытаюсь сосредоточиться на приятном — трущейся о кожу коже, покалываниям на щеке, подбородке и шее, когда он спускается по ним с поцелуями, остроте ощущений в моменты, когда член выходит из меня, даря облегчение и задевая чувствительные точки.

Но всё равно в этот раз извлечь удовольствие сложнее. Мне.

Денис тормозит, отрывается, смотрит в лицо.

— Что? — хмурится, спрашивает отрывисто.

Я прекрасно понимаю: легкое раздражение не адресовано мне. Жалко, что из-за моей неопытности приходится прерываться.

— Мне немного больно, — я признаюсь, смотря в глаза. — С непривычки. Много секса…

В три раза больше, чем в любую из ночей моих убогих трехлетних недоотношений. Но об этом я не говорю. Лучше пусть Денис думает, что меня трахали редко.

Он недолго колеблется, потом длинно выдыхает и утыкается лбом мне в ключицу.

Несколько секунд молчит. Я боюсь, что сейчас откатится и предложить досыпать.

Еду ладонями по увитым венами предплечьям, напряженным плечам… Испытываю прилив возбуждения из-за того, как приятно их гладить…

Денис снова поднимается, смотрит серьезно, а я глажу, пока могу.

— Я аккуратно, — киваю быстро и много раз в ответ на предложенный мне идеальный компромис. Не могу справиться с улыбкой.

Да, я хочу. Не оставляй.

Чувствуя губы на губах, как член медленно скользит в меня. Больше не таранит резко. Растягивает, идеально балансируя боль с удовольствием.

Наверное, больше моим, чем Дениса.

Наверное, и второй наш секс снова больше для меня.

Он держится на руках и раз за разом проникает, не меняя ни темп, ни глубину, ни угол.

Очень осторожно раскачивает мои качели. Бережно. Будто они хрустальные.

А я изучаю пальцами его тело. Немного глажу, немного царапаю.

Дико жалею, что уже не успею попробовать его губами, как он попробовал мое.

Движения мужчины начинают сопровождаться уже знакомыми влажными звуками. Ему, наверное, легче. Мне начинает хотеться той остроты, с которой он начал.

Я вжимаюсь ногтями в мужские бока и подаюсь навстречу, ловлю губами учащенное дыхание. Он всё понял — вот теперь ускоряется.

Движется размашистей, я стону, но не от боли.

— Ты очень горячая девочка, Лис, это он долбоеб…

Я прекрасно это понимаю, но шепот в губы всё равно вызывает благодарность.

Я таю от мысли, что ему со мной нравится. Сейчас уже без разницы, почему от меня отказался Тимур. Лишь бы Денис не останавливался.

Словно услышав мою просьбу и протрактовав её наоборот, на тумбочке начинает орать мобильный.

Наш будильник. Черт.

Я снова стону и наивно впиваюсь сильнее в мужской торс. Кажется, умру, если Денис откатится.

Он же всё равно замирает, смотрит сверху чуть хмуро. Замечает мою реакцию, конечно. Тянется к губам и клюет.

— Тоже хочу, не бойся. Звук выключу просто…

Мои пальцы послушно соскальзывают с мужских боков, отпуская. Проходит пара секунд и телефон перестает трезвонить, а Денис возвращается ко мне. Смотрит на лицо, на тело. Гладит живот, наклоняется к груди и ведет языком по ареоле…

Где-то секунду мне кажется, что поздновато для прелюдий, а потом я понимаю — нет. Я готова.

Выгибаюсь и стону, подавая грудь навстречу его рту. Мужские пальцы ложатся на клитор и я толкаюсь им навстречу.

Мне уже без разницы, кончить от члена или пальцев. Просто невероятно хорошо.

Денис немного играет с грудью и ласкает снизу.

Снова нависает, прижимается головкой ко входу.

Смотрит в глаза. Я вижу там жадность. Дрожь по телу, какой силы…

— Мало… Пиздец мало…

Что он имеет в виду — не переспрашиваю и не переспрошу. Опять стону, чувствуя проникновение.

Мои качели тут же взлетают туда, где чистое удовольствие.

Я сокращаюсь, не совпадая с ритмом резких голодных толчков.

Третий оргазм ставит точку в нашей с Денисом бессонною, абсолютно сумасшедшей ночи.

Он свой тоже поймал.

Я не могу не улыбаться, вспоминая, как напрягся всем телом, толкаясь глубже в меня, вжался в шею и туда же выругался.

Всегда думала, что делать другим людям приятно — это… М-м-м… Приятно. Но не подозревала, что в сексе — настолько. И что может так крыть гордостью, что с тобой охуительно кончает незнакомец.

Про охуительно он сам сказал.

Мне с ним тоже так. Отличное слово.

Голову я помою уже у Маруси. Сейчас же пусть нехотя, но с осознанием неизбежности момента, надеваю блядское вечернее платье.