— Давай мы попробуем друг без друга, Алиса. Не звонить. Не видеться. Посмотрим, сможем ли. Ты посмотришь, сможешь ли. Разреши себе планировать. Если тебе нужно было мое разрешение — я разрешаю.

Она жмурится и всхлипывает. Я прекрасно понимаю, что такой ценой она реализовать свою мечту вряд ли хотела.

— Это не значит, что всё кончено. Мы просто попробуем, хорошо?

— Прости меня… Я ужасная… Я предательница…

Улыбаюсь и тяну назад на себя. Целую в волосы. Глажу по спине.

— Ты не ужасная. Ты просто не умеешь выбирать. Но выбирать придется, Алис. Тебе нужен стимул. Мне тоже нужно время. Если мы сможем друг без друга — значит, оба ошиблись. Если нет… Кто помешает нам вернуться в эту точку снова, правда?

Алиса кивает. Обнимает меня за шею, скользит пальцами в волосы. Сердце вскрывает осознание, что это может быть мой последний раз.

Но мы должны остановиться сейчас. Каждый должен сделать свой выбор. Другой из нас должен его принять.

— Мы подсели друг на друга. Нам лучше немного протрезветь…

Алиса вжимается в меня плотнее.

Я тоже не хочу трезветь, малыш. Но что поделать?

— Ты — лучший в мире. Ты знаешь? — хочу что-то ответить, но слов не нахожу. Просто улыбаюсь.

Самый лучший, но вечно третий лишний. Парадокс.

— Покормишь меня напоследок? — упав на дно, я от него отталкиваюсь. Не знаю, на сколько меня хватит, но сегодняшний вечер хочу закончить не так.

Алиса вжимается пальцами в мои плечи и отдаляется. Я подаюсь немного вперед, она прижимается губами к губам. Соленые.

— Я тебя очень люблю…

— Есть давай, женщина!

Самого тошнит от притворной легкости. Но лучше так, чем напитываться безысходностью.

Алиса разворачивается и движется к плите. Я зависаю взглядом между ее лопаток.

Сам не верю, что отпускаю ее.

По коже идет мороз от мысли: я вообще выживу после этого?

Но стоит Алисе оглянуться… Я снова улыбаюсь.

Алиса

— Алиса моя… Ты пришла…

Маша откладывает огромный букет, обходит своих гостей и движется ко мне.

У меня сейчас постоянно глаза на мокром месте, поэтому ничего удивительно, что при взгляде на подругу они тоже становятся влажными.

— Это тебе, именинница, — я протягиваю ей свой букет нежных ранункулюсов. Маша зарывается носом в цветы, а я пытаюсь радоваться, что сохранила умение дарить другим людям приятные эмоции. Хотя бы так. Хотя бы немного. — И это тоже, — передаю миниатюрный пакетик с изящным ювелирным изделием. Я была бы не против, чтобы Маша тут же заглянула внутрь, но её куда больше интересую я.

Она снова откладывает уже мои цветы и обнимает. Укутывает меня бесценной поддержкой Мне становится легче. На мгновение расслабляюсь.

— Ты как? — вопрос на ухо поднимает волоски на руках.

Я смотрю перед собой, устроив подбородок на плече подруги, и не знаю, что ответить. Слишком много чувств. Их сложно описать.

— Нормально. Нормально, Марусь, — первой отдаляюсь, смотрю в лицо Маши с улыбкой. Вижу, что она хмурится. Знает, что неправда, но позволяет врать. Её теплая улыбка греет, но еще и кладет на плечи дополнительный груз. Мои проблемы не должны мучить других. — Только я ненадолго…

Долго я просто не смогу.

— Пообещай, что попробуешь развеяться…

На Марусину искреннюю просьбу я реагирую кивком. Попробую. Знаю, что не получится, но вид непременно сделаю.

О нашей с Денисом паузе пока знает только Маша.

— Девочки, а ну на меня посмотрите…

Мы слышим просьбу Машиной подруги. Синхронно поворачиваем головы. Синхронно улыбаемся. Она держит телефон на весу, делая несколько кадров.

— Красотки…

Подмигивает нам. Маша театрально взмахивает волосами, а я смеюсь.

Да, мы красотки. Знаем об этом.

— Скинешь мне, Даш? Я выставлю…

Получив от Даши согласие, Маруся возвращается взглядом к моему лицу. Пробегается, скорее всего отмечая, как быстро обратно затухаю.

— Он тебе ещё не звонил?

— Нет. И я ему ещё не звонила. Мы не договорились, сколько будем думать.

— Тебе не полегчало?

Ответить не могу. Мотаю головой.

С каждым днем мне становится всё сложнее, хуже, я опускаюсь на дно. После его разрешения планироваться я не испытала облегчения.

Я согласна с его решением умом: если я искренне не способна согласиться стать его женой, если я больше боюсь этого (придумывая себе несуществующие оковы), чем хочу, то разве это не повод друг от друга отступить?

Определенно, это он.

Но мое сердце в шоке. В тот вечер ему досталась порция анестезии. Денис сделал это по-волшебному безболезненно. Но день ото дня наркоз отходит. Я чувствую постоянную боль.