Денис тянется к груди, взвешивает, сжимает между пальцами горошинку соска, поднимает взгляд. Время от времени замеряет реакции, но мне не нужно притворяться, чтобы не спугнуть.

Он тянется к ареоле ртом, я прогибаюсь навстречу, обнимаю за голову, приоткрываю губы. От удовольствия закатываются глаза. Я так люблю его язык. Чувствовать его везде.

Денис вылизывает одно полушарие, берется за другое, я расстегиваю ремень на его брюках, пуговицу и молнию. Ныряю под ткань боксеров и обхватываю член.

От ощущения твердости, жара и осознания степени возбуждения внутри взрывается фейерверк. Веду по длине, но делать это неудобно. Денису тоже.

Он снимает мою руку, не отрываясь от груди. Накрывает своей и направляет под резинку моих штанов. Мы вместе проезжаемся по моей влаге, я стону, подаваясь навстречу.

Оба чувствуем, как сильно я хочу. Вдвоем скользим по половым губам, Денис трогает клитор, я сильнее разъезжаюсь бедрами на его коленях и приподнимаюсь.

Убираю свою руку. Влажными пальцами сжимаю свободную от его прикосновений грудь и сдавливаю.

Он проникает в меня пальцем, прикусывая сосок. Я хочу большего.

Хочу стонать под ним и извиваться. Утопать в порочности и правильности.

Склоняюсь к виску, шепчу:

— Хочу твой член. Можно?

Знаю, что манипулирую. Знаю, что он может хотел бы ограничиться пальцами, это же был бы не совсем секс, правда? Но уже не сможет.

Рычит и ругается. Прикусывает ключицу, закрывает мой рот своим и укладывает на спину.

Наверное, сколько бы мы ни экспериментировали, я больше всего люблю вот такой — примитивный секс с чувством его веса на себе. С возможностью бесконечно целоваться и смотреть друг другу в глаза. Такой, каким был наш первый.

Приподнимаю бедра, чтобы Денис удобней было стянуть с меня одежду. Он сбрасывает с плеч пиджак вместе с рубашкой, потому что я люблю его трогать.

Приспускает брюки, упирается руками и накрывает своим телом.

Я, как сорвавшийся наркоман, хочу получить передоз. Цепляюсь за покрытые мягкими волосками руки и проезжаюсь по ним до локтей, по увитым мышцами плечам.

Раскрываю бедра, охаю, чувствуя, как Денис скользит головкой члена по влажным складкам.

Мысли путаются. Мне приходится себя заставлять предупредить:

— Я не пью таблетки сейчас.

Денис замирает на секунду, смотрит так, что становится жарко. Подается ближе:

— Я учту.

Обещает в губы и входит.

Нам обоим важно сейчас задержаться. Мы оба скучали по этим ощущениям, но когда Денис начинает двигаться — я к этому готова.

Он входит медленно. Раскачивая мои качели постепенно. Внимательно смотря в глаза.

И я в ответ. Мы занимались сексом много-много-много раз, но сейчас мне хочется плакать от счастья.

Денис ускоряется, я сдаюсь, закрываю глаза. Из уголка по виску скатывается слезинка. Это первая за долгое время от счастья.

Он подается вперед. Просит о поцелуе, я даю, что хочет.

Я не маленькая, понимаю, что долго после перерыва невозможно. Я даже оргазма не жду, хотя очень хочу его пережить. Мне просто важно, что мы вместе.

Я отдаюсь Денису и ощущениям. Его поцелуй становится более требовательным. Движения бедрами — резкими. Страх не кончить улетучивается. Доверяю.

Обожаю на него полагаться. Обожаю быть под его защитой.

Открываю шею для поцелуев. Улыбаюсь, когда Денис легонько прикусывает. Мну плечи. Стону, когда хочется.

Мне несколько раз кажется, что я улавливаю момент, когда Денис приближается к пику, но сам же себя тормозит. Не знаю, для меня или для себя. Не знаю, как ему удается. Я не смогла бы.

Расслабляюсь, снова чувствуя мужской язык на груди. Член скользит в меня, задерживается, я умираю. Сладкие спазмы скручивают тело. Хочется одновременно свести колени и раскрыться сильнее. Хочется, чтобы остановился и не останавливался никогда.

Впиваюсь в мужские бока, наверное, до боли. Забываю обо всем. Решаю, что хочу продлить удовольствие.

Его толчок. Толчок. Толчок.

Мои нега. Удовольствие. Слабость.

Его толчок. Толчок. Толчок.

Моя глупая улыбка.

Толчок. Толчок. Толчок.

Денис замирает, ругается. Толкается глубже.

Я распахиваю глаза, встречаюсь с его взглядом.

Знаю, что происходит, но мурашки по коже идут не из-за этого, а из-за взгляда. Темного-темного. Не просто под кожу. Он сейчас держит в кулаке мое сердце. Сожмет — убьет. Отпустит — умру от тоски. Значит, пусть держит.

Я чувствую выплески спермы внутри. Денис подается лицом к моему лицу, я послушно впускаю язык. Позволяю спустить напряжение через яростный поцелуй, который откладывает слова. Наверное, это хорошо.

Нацеловавшись, Денис отрывается, нависает и снова смотрит в лицо. Нахмуренный. Серьезный. До сих пор из меня не вышел.