У краснощекого мужчины, с внушительным пузом, поддерживаемым ремнем, шириной в три моих запястья, проблема оказалась не так серьезна. В его доме, уже четвертый год, жил корред, эдакая разновидность низших демонов, вырывающихся из Мертвого мира и обожающих изводить людей. Как мне стало известно, светлые маги могут лишь прогнать их обратно, через портал. Но те быстро возвращаются. Для того, чтобы избавить дом от корреда раз и навсегда, требуется сильное заклинание на крови. А кровь – как рассказывала недавно Клариссе – это основа магии темных.

Попросив Марту записать адрес просителя, я потирала уставшую за день спину, когда в зале появился длинноволосый блондин.

– Я вас внимательно слушаю, – кивнула, тихонько радуясь, что еще немного и смогу подняться в свою комнату, упасть на кровать и забыться сладким сном.

– Мое дело касается только вашего жениха, госпожа, – властно бросил мужчина. – Если вы не возражаете, я бы хотел его дождаться.

Любопытно, конечно, что за беда его сюда привела. На убитого горем мужчина не похож. Да и на слезного просителя тоже. Но раз не хочет говорить, мне же лучше. Освобожусь пораньше и отдохну, как запланировала.

– Не возражаю, – поднявшись с кресла, я направилась к двери, за которой, наготове, стояла Марта. – Предложите господину чего-нибудь перекусить и горячего чая, он только с дороги. А как прибудет хозяин, скажите ему о госте. Если что, я буду у себя.

– Ты чего приказы раздаешь, замарашка? – возник за ее спиной недовольный кобольд. – Хозяину о гостях докладываю здесь только я. И вообще, кто дал тебе право командовать в замке? Дождешься, крыс в постель к тебе подложу.

Я даже рот открыть не успела, чтобы ответить на угрозу, как на кобольда, из-за спины, упала мрачная тень. Длинные пальцы обхватили тонкую шейку и, судя по выпученным глазам, крепко сжали.

– Ты, видимо, забыл, Боргер, что эта замарашка принадлежит мне, – склонилась к длинному волосатому уху светловолосая голова. – И единственный, кто может пугать ее крысами и всячески мучить – тоже я.

Возвращаясь из очередного пропахшего кислым элем и грибным супом трактира, куда он наведался в поисках нужным ему слухов, в «Кайтауэр», Нокс меньше всего ожидал увидеть отъезжающие от замка старенькую телегу и дилижанс. На пустой дороге. В поздний час.

Кого это еще лысый орк принес? И если приехали к нему, то почему не дождались?

Догонять и выяснять было лениво. Сказывалась усталость после бессонной ночи, проведенной рядом с проклятой девчонкой, которую забытые боги послали ему в наказание за все совершенные грехи, и злость на паршивца Виктора, залегшего так глубоко на дно Ирлина, что не достать.

И если первую проблему он решил, приказав Боргеру позаботиться о крысах, то со второй все было намного сложнее.

Фамилия «Толль» продолжала оставаться на слуху, но считалось, что в живых не осталось ни одного ее представителя. А это, как знал Нокс, абсолютная неправда.

Виктор, если верить карге и собственному чутью темного, был живее всех живых. Нужно лишь его найти. И не только затем, чтобы вернуть Черную книгу, которую светлый маг за каким-то дьяволом решил позаимствовать, но и ради мести, что поедом ела Нокса все эти двести смрадных лет.

Ворчливый голос кобольда отвлек мага от мрачных мыслей.

– Ты чего приказы раздаешь, замарашка? Хозяину о гостях докладываю здесь только я. И вообще, кто дал тебе право командовать в замке? Дождешься, крыс в постель тебе подложу.

Если верить связывающей их нити, у Нессы произошел значительный прогресс. Она впервые не испугалась пустых угроз. Нокс даже различил упрямый огонек, на миг вспыхнувший в ее карих глазах, и желание ответить. Но некая гипнотическая сила, лишив его разума, заставила кинуться вперед. И прежде, чем он вернул контроль над собственным телом, словно издалека услышал в своем голосе смертельную угрозу:

– Ты, видимо, забыл, Боргер, что эта замарашка принадлежит мне. И единственный, кто может пугать ее крысами и всячески мучить – тоже я.

Откуда, мать его, это гнилостное желание защитить, присущее слабым мужчинам, помешанным на своих девицах? Неужели все дело в узах? Разве что-то подобное он испытывал со Стеллой? Впрочем, мог и забыть. Времени прошло немало, целых двести лет.

Шея под его жесткой хваткой напряглась. Кобольд попытался сглотнуть, но у него ничего не вышло. Лицо запылало, глаза вот-вот выскочат из орбит.

Сорвавшийся с губ Боргера шепот вышел скрипучим, будто кто-то провел когтем по камню:

– Д-д-да, х-х-хозяин.

Получив нужный ответ, маг разжал ладонь, демонстративно вытер ее о штаны и отошел. Взгляд скользнул поверх головы кобольда к застывшей у стены Нессе.

– Рассказывайте, что за тьма здесь творится? Кто эти люди? – он кивнул на кучку жавшихся к дверям мужчин и женщину, которых видел впервые. – И о каких гостях у вас шла речь?