– А что насчет моего завтрака? Где я могу поесть?

– Когда хозяин тебя отпустит, возвращайся и готовь себе сама... из тех продуктов, что я тебе оставлю.

Судя по злой ухмылке, продукты те, в лучшем случае, будут не первой свежести, а в худшем – просто будут.

Так как обе руки были заняты тяжеленным подносом, пришлось обойтись без стука. Огласив о своем прибытии громким покашливанием, я толкнула плечом дверь и, не повстречав сопротивления, вошла.

Признаться, до последнего надеялась, что Нокс еще спит, укрывшись одеялом по самую макушку. Думала, оставлю завтрак на столе и незаметно скроюсь, не попадаясь ему на глаза. Но, как это часто бывает с мечтами, где замешан темный, им не суждено было сбыться. Открывшаяся картина до того ошеломила, что я покачнулась, едва не грохнувшись со всем содержимым подноса на каменный пол.

Кайнокс не спал. Он сидел на уже заправленной постели. Упираясь спиной в изголовье, вытянул длинные ноги и так увлеченно читал книгу, что даже мое появление не заставило его оторвать от нее взгляд.

Из всей одежды на нем были лишь шелковые пижамные штаны. И пусть мне уже приходилось видеть его покрытый черными фигурами обнаженный торс, я ясно поняла – к этому зрелищу невозможно привыкнуть. Не важно покрыт он кровью, как вчера, или сияет чистотой, как сегодня – красота этого мужчины сбивала с ног. А вкупе с растрепанными после сна волосами и чуть осоловевшим взглядом – выстрел из арбалета прямо в голову для любой неискушенной девицы.

В горле резко пересохло. Пытаясь вернуть себе рассудок и волю, я закрыла глаза и сосчитала до десяти. Чертова брачная метка. О чем я вообще думаю?

Словно читая мои мысли, Нокс усмехнулся. Его взгляд не отрывался от книги, но каким-то шестым чувством я знала, он ни на мгновение не упускает меня из виду.

– Где… – я прочистила горло. – Где мне оставить поднос?

– Давай его сюда, – оставив чтение, он наконец повернулся и прошелся по мне ленивым взглядом. На секунду мне показалось, что у него слегка приподнялась правая бровь. – А Кларисса молодец, не теряет навыков. Даже из замарашки способна сделать королеву.

Выходит, платье принесла Кларисса? Для чего? Еще и такое дорогое, красивое.

По спине прошелся озноб, стоило представить, как по комнате, пока я спала, ползала змея. Я еще не закончила читать о первертышах, так что оставалось лишь надеяться, что она не ядовитая.

– Как банально, судить о людях по обложке, – язвительно заметила я, положив поднос на постель. – К твоему сведению, вся заслуга твоей Клариссы в том, что она принесла мне таз с водой и это платье, которое я ни за что бы не надела, не унеси она мои вещи.

Криво усмехнувшись, он принялся за еду, оставив без комментариев мой едкий ответ. Уступив, наконец, любопытству я огляделась. Покои Кайнокса выглядели, как и весь его замок, под стать хозяину, довольно мрачновато – черное пастельное белье, черные занавески, отделанный черным мрамором камин. Словно тот, кто проектировал дизайн, делал это в особенно гадкую погоду, мучаясь мигренью.

– Можешь идти, – закончив пережевывать булку, Нокс махнул рукой на дверь. – Передай Боргеру, чтобы приготовил тебе завтрак. Ты тощая, как жердь, а я люблю, когда у девиц сочные формы.

– Вот и приказал бы Боргеру себя обслуживать. При чем здесь я?

– Любой здоровый мужчина, к коим я себя причисляю, предпочтет проснуться под нежный женский шепот - «милый, завтрак готов». А не когда то же самое делает злобный волосатый кобольд, – промурлыкал блондин, ловко насаживая на вилку кусочек колбаски. – Так что если хочешь дожидаться снятие брачных уз не пленницей в подземной камере, а гостьей в моем замке, будешь делать то, что я говорю. Чего это у тебя так глаз задергался?

– От счастья! – оставалось надеяться, что долго я здесь не задержусь. – Если ты знаешь о вредном характере Боргера, зачем терпишь его в доме?

– Он четко и без лишних слов выполняет все мои приказы. Лучший из всех моих слуг. Я бы ему даже золото свое доверил, если бы не опасался остаться без штанов. А как он готовит… ммм… пальчик оближешь. Сама попробуй.

Он протянул мне тарелку с яичницей. Желудок опасно взбунтовался, я резко отшатнулась.

– Спасибо, – судорожно сглотнула слюну. – Я не голодна. Лучше расскажи, какой у тебя план? Твоя книга исчезла, что теперь? Как долго мне еще здесь находиться?

– Знаешь такую поговорку, Анилесс Пайн – любопытство не только сгубило кошку, но и сделало из нее набитое чучело? Будешь много знать, будешь плохо спать.

– Но это… это нечестно, – возмутилась я. – Я тоже в этом замешана и хочу знать.

Нокс тяжело вздохнул. С того места, где я находилась, мне было не видно его глаз, но клянусь, я ощутила, как они закатились.