Я стояла у зеркала и перебирала платья. Сегодня день рождение мужа моей подруги. Она настояла, чтобы я пришла — «никаких оправданий, Оля, ты должна быть рядом». И я не могла отказать. Прошёл месяц с тех пор, как они сообщили новость и приехали в Москву: Марина ждёт ребёнка. Для меня это было радостью — настоящей, чистой, без зависти. Впервые за долгое время я радовалась за кого-то так искренне, будто речь шла обо мне самой.

Я выбрала простое тёмно-синее платье, которое подчёркивало фигуру, но не выглядело вызывающе. Немного туши, лёгкая помада, волосы я собрала в свободный пучок. Мне хотелось выглядеть женственно. Всё-таки это домашний вечер, не официальный приём.

Пока я собиралась, мысли то и дело уводили меня в сторону. Слишком много всего навалилось за последнее время — Харченко, её скрытые игры, эти чёртовы фотографии, план Андрея Степановича… Иногда казалось, что я играю в шахматы, даже не видя доски. Но сегодня я решила отложить всё. Сегодня — только Марина и Марк.

Дом, в который они пригласили гостей, был залит мягким светом. В окнах первого этажа мелькали тени, слышался смех. Я глубоко вдохнула и позвонила в дверь.

Дверь распахнулась почти сразу. На пороге стояла Марина — в лёгком домашнем платье, с сияющими глазами и всё такой же естественной улыбкой. Она слегка округлилась — и это делало её ещё более красивой, какой-то спокойной, женственной.

— Оля! — она обняла меня крепко-крепко. — Как же я рада тебя видеть!

Я тоже прижалась к ней, чувствуя её тепло.

— Ты просто светишься, Маришка, — сказала я искренне. — Счастье идёт тебе к лицу.

Она засмеялась, провела меня внутрь. В гостиной уже хлопотал Марк — расставлял бокалы, ставил на стол закуски. Когда он увидел меня, то широко улыбнулся.

— Ольга! — сказал он своим громким, уверенным голосом. — Проходи, чувствуй себя как дома.

Я поставила подарок на стол — небольшой свёрток в красивой упаковке. Внутри был кожаный ежедневник с гравировкой и ручка — мне показалось, что это подойдёт Марку, человеку деловому и всегда организованному.

— Это тебе, — я протянула пакет. — Пусть помогает держать под контролем все твои великие планы.

Марк рассмеялся, благодарно кивнул и поцеловал меня в щёку.

В комнате было уютно: мягкий свет ламп, запах свежей выпечки и что-то родное, домашнее. Марина пригласила меня пройти в гостиную и тут я увидела его.

Не в идеально сидящем костюме, не в том безупречном облике бизнесмена, к которому я уже привыкла. На нём был простой серый свитер, джинсы, он сидел на диване свободно, расслабленно, почти по-домашнему. И от этого он казался ещё опаснее. Чёртово сочетание силы и простоты. Казалось, я впервые вижу его настоящим.

Но главное — он был не один.

Рядом с ним, ближе, чем я могла вынести, сидела Анастасия Любимова. И выглядела она так, будто собралась не на уютный вечер у друзей, а как минимум на бал или приём. Яркое платье, подчёркивающее каждую линию фигуры, идеальная укладка, слишком броский макияж для домашнего ужина. В её взгляде было что-то хищное — как у кошки, которая метит территорию.

Когда я вошла, Роман чуть поднял глаза. Его взгляд скользнул по мне — быстро, как тень, но я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Ничего нельзя было прочесть на его лице: ни удивления, ни радости, ни раздражения. Только эти чёртовы тени в его взгляде, от которых у меня пересохло во рту.

А вот Настя, наоборот, отреагировала активно. Она встала, словно хозяйка вечера, и пошла ко мне, её каблуки чётко стучали по полу.

— Добрый вечер, — протянула она с улыбкой, которая была слишком сладкой, чтобы быть настоящей. — Анастасия. — Она сделала паузу и, чуть приподняв подбородок, добавила: — Невеста Романа.

Последние слова прозвучали как вызов. Словно ей нужно было обозначить это вслух, прямо передо мной, чтобы утвердить свою власть.

Я протянула ей руку и ответила вежливо, спокойно, хотя внутри всё клокотало.

— Ольга. Бывшая коллега Романа Дмитриевича.

Наши пальцы встретились, её рукопожатие было слишком крепким, как будто она пыталась показать силу. В её взгляде читалась насмешка, но я лишь сжала губы и улыбнулась в ответ, хотя улыбка эта была ледяной.

За моей спиной раздался голос Марины:

— Оля, проходи, садись рядом со мной!

Я с облегчением отошла в сторону, оставив Настю возле Романа. Но пока я шла к дивану, ощущала на себе его взгляд. Тяжёлый, немой, будто он хотел что-то сказать… но не сказал.

Я старалась держаться так, будто всё в порядке. Смеяться вместе с Марком, отвечать на приветствия гостей, изображать лёгкость. Но внутри всё рвалось на куски.

Роман сидел на диване, и между нами — пропасть. Я не подошла к нему, даже не поздоровалась. И это было похоже на молчаливый крик. Его взгляд жёг, но я упрямо отворачивалась, делая вид, что слишком занята разговором с кем-то ещё.