Конечно, когда он был вынужден поставить Коринну перед фактом, ничего хорошего из этого не вышло. Когда из его поступков вообще выходило что-то хорошее? Слова били острее, чем удары меча или заклинаний. В собственном доме посреди гостиной Рэйнер чувствовал себя вторженцем, которому очень не рады.

— Что такое Аролгос? Это имя, название, предмет? — спросила Кори, и его встревоженность только усилилась. Откуда молодой ройсаланке знать имена истинных демонов?! Особенно с учётом того, где и с кем она воспитывалась.

Йонна, как обычно, соображала намного быстрее:

— Даэ Геллерхольц, откуда вам известно это имя? Это… то, о чем я думаю? Нет, не отвечайте. Я вижу. Да, это он.

Ну конечно. Демоны! Только их и не хватало для полного счастья. Но это многое объясняло. Только… необученная магесса, чистокровный человек — если это демоническая магия, как Коринна могла ей сопротивляться? И чем может обернуться треклятый план Ника, если его безумный братец «подчинил» себе более чем одного демона?! Йонна решила не говорить о том, какого врага им удалось нажить, и Рэй мысленно с ней согласился. Пугать Коринну сейчас — не лучшая идея.

— Я всего один раз слышала это имя. Не знаю, о чём вы говорили, но это существо очень опасно. Рэйнер, ты уверен, что официальное прошение Чезаре будет именно завтра? Отложить нельзя? — а вот вопрос застал его врасплох. Ты же сама знаешь, что это приказ Ника! Чуть было так и не ответил, но вовремя спохватился.

— Нет. К сожалению, нельзя. Всё решится завтра, так или иначе. Но… у меня всё под контролем, Йонна. У нас. Если же нет… есть запасной план, — который заключается в том, что честная, храбрая и верная девочка Коринна, которая очень на него зла, просто уедет в убежище к отцу, и не будет вспоминать про одного несдержанного и глупого герцога. Так себе план, но другого у него не было. Слишком много переменных.

Рэйнер посмотрел на свою жену и залюбовался ею. В гневе Коринна была прекрасна. Эти сверкающие голубые глаза, от злости ставшие практически синими, румяные щёки, прямая стать…

— И вы не собираетесь мне рассказывать, верно? — она ядовито улыбнулась, и Рэй вздрогнул. Нежная улыбка на лице жены нравилась ему больше, но он сам с ней это сделал. — Вас не смущает, что это касается меня и моей жизни напрямую, что я рискую, что мне, в конце концов, просто страшно?

Его смущало. Очень. Но Ник прямым текстом запретил что-либо ей рассказывать, кроме того, что они должны быть на приёме. А нарушать приказы своего будущего короля — можно, конечно, если есть какая-нибудь альтернатива этому самому королю. Но именно для того, чтобы альтернатива на трон не села, им и приходилось рисковать. Хотелось рычать от бессилия.

— Нет, я не собираюсь ничего рассказывать необученному человеку, ещё слишком молодому, чтобы хорошо себя контролировать. Если тебя это утешит — всё под контролем, насколько это возможно. Обсуждения закончены. Завтра мы едем на приём, и ты сделаешь то, что должна. А дальше — моё дело. Как более старшего и имеющего возможности решать проблемы, а не только бегать и требовать. Анцгейр тебя хвалит — вот и учись, Коринна. Это самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать, — он снова говорил вещи, которые Кори ему не простит, и догадывался об этом. Но контроль ускользал сквозь пальцы, и Рэй ходил туда-сюда по комнате. Был бы пустынником — бил бы бокам хвостом, но этой частью тела его боги не одарили. В их ситуации не было разумного и правильного выхода! Как бы ни хотелось его чудесным образом получить.

— Даже если «должна» я рассказать про тебя что-нибудь, что тебе не понравится? — еще более ядовито поинтересовалась Кори.

Он всплеснул руками. Особенно если так! Говори то, что от тебя хотят, и тогда быть может, это чудовище под маской принца Даланны, сосредоточится на более приоритетных целях.

— Особенно если так! — как подумал, так и сказал. — Всё, хватит. Это приказ Его Высочества Никласа в том числе. Мы должны быть там. Я всё сказал.

А ещё его приказ — позволить ей рискнуть головой. А он это допускает. Мысль крутилась в голове и жгла, подобно огню, как и все слова, которые вырвались из него в этот отвратительный день.

Рэйнер отдавал себе отчёт в том, что попросту сбежал. Он даже не мог мысленно называть свой поступок иначе. Но если бы он остался, то ссора с Коринной была бы ещё отвратнее, потому что он терял над собой контроль. И вместо того, чтобы сорвать злость на Его Высочестве, или хотя бы на ближайшей стене, почему-то раз за разом срывался на Кори. Если не лгать себе, то выходило, что от страха? Или неизвестности? Или это одно и то же? К демонам! Нужно подготовить всё, Коринна должна выжить. А он — подстраховаться настолько, насколько это возможно. Даже если придётся увешать себя амулетами по самые уши.