— Это не плохо, — снова улыбнулся мне старший Геллерхольц. — Рэй тоже был в своё время растерян, когда я передал ему дела, оставил жить в этом поместье и уехал в Малую Резиденцию, чтобы поселиться там. Способность к искренней и живой реакции среди нашего благородного племени редка, и её надо беречь, как величайшую драгоценность. Надеюсь, Рэйнер понимает, какое сокровище ему досталось. Я его мать ценил недостаточно, и она ушла от меня раньше, чем мне бы того хотелось, — на сей раз улыбка вышла грустной, и я бросила на него сочувственный взгляд.

Хотела было что-то ответить, но танец кончился, и прежде, чем я успела отойти к стене и попробовать избегнуть следующего, ко мне стремительно направился незнакомый мужчина. Было в нём что-то чужеземное, может, слишком прямой взгляд, а может, синева глаз — не такая тусклая, как у бывшего маршала, а яркая, словно капли сапфиров. Сопереживание потерявшему любимую жену старшему Геллерхольцу сменилось удивлением и настороженностью. Я замерла в очередной раз, но, конечно, приняла приглашение от незнакомца, когда оно прозвучало:

— Леди Геллерхольц, позвольте пригласить вас на танец, — вежливо сказал он, и я поняла, что никогда в жизни не слышала такой говор. Он как будто немного мурлыкал, и в то же время голос был тверд. Немного растягивал букву «р» в моей новой фамилии, немного тянул гласные, но получалось мягко и обволакивающе. Я невольно посмотрела этому неведомому мужчине в глаза. Не только синие, но глубокие и какие-то усталые, самой природой украшенные густыми черными ресницами. Благородный профиль и совершенно чистая смуглая кожа говорили о том, что передо мной все-таки дворянин. Но откуда? Кто он такой?

Я приняла руку этого странного синеглазого мужчины, и позволила вовлечь себя в очередную разновидность вальса, но сказала:

— Прошу меня простить, но мы не представлены. Вы меня знаете, а я вас — нет.

Мужчина улыбнулся, но отвёл взгляд в сторону, а потом закружил по залу, едва не касаясь других танцующих.

— Вы можете звать меня Реланом, — сказал он, наконец. — Вашему супругу известно, кто я такой, но наш разговор с ним привлечет излишнее внимание. Так что я передам своё послание вам, и попрошу в точности повторить его для Рэйнера. Справитесь?

Я только-только вышла замуж, а уже происходило нечто, чего я не понимала. С другой стороны, не будет же беды в том, чтобы просто передать слова? Но от кого? Я наверняка очень глупо смотрелась, глядя на Релана недоуменным взглядом, но всё же не решилась просто соглашаться.

— Скажите хотя бы, откуда вы, если не можете представиться полным именем. Я не могу передавать мужу послания незнакомцев!

— Если я скажу вам, что перед вами Его Высочество Реллиниан Экканто Моралес Илларио, наследник Драконьей Империи, которую вы чаще зовёте Заморской… вы мне, вероятно, не поверите. Как и кто угодно из присутствующих. Поэтому просто передайте мои слова, пока у нас с вами есть время. Поверьте, это может спасти жизнь и вашему супругу, и ряду его друзей и знакомых, — серьезно ответил мужчина. На принца, тем более драконьего, он был непохож вовсе, но что-то нечеловеческое в нём и правда было. Он иначе двигался, медленнее моргал, и вообще был неуловимо странным, но я едва ли могла точно сформулировать, что не так с этим… Реланом. Но если вдруг у него правда что-то ценное, я не могла лишить его возможности это передать.

— Хорошо, я слушаю вас, Релан, — ответила, давая понять, что в его драконопринцевость я совершенно не верю.

Как бы Его Высочество перемахнул через океан, и что ему делать в небольшом государстве по ту сторону Лунных Вод? Да и вряд ли таким важным персонам дозволяют перемещаться в одиночестве, куда они захотят. Глупости это всё. Никакой он не Реллиниан Экканто Моралес Илларио. В лучшем случае рядовой дракон, который правда что-то знает. И то… зачем бы мы драконам?

Время танца как будто немного замедлилось, потому что разговор успел даже немного затянуться. Но Релан, наконец, сказал мне:

— Передайте в точности. Процитируйте. «Белое с золотом расползается ядом. Береги детей леса, и не отдавай своей меди. Тот, кому срочно понадобились рудники — не друг тебе». И скажите, что это добрый совет от Релана. Повторите!

Я покорно повторила его слова в точности, он успел кивнуть, и танец, наконец, кончился. Я сделала книксен, и Релан простецки помахал мне рукой, а затем растворился в толпе. И что это за загадка? Рэйнер правда его поймёт? И как мне не забыть странные слова не принца и не дракона, пока не кончится бесконечно долгое празднование свадьбы? Меня явно вовлекали в политику, а я разбиралась в ней, как последняя крестьянка в разновидностях парчи и шёлка. И это началось, едва мне стоило переступить порог дома Рэя, а что будет дальше? И как мне с этим жить, если меня толком и не готовили к такой жизни?