Часть его тянулась к этим мыслям. Видела за ними силу, власть, возможности. Он ещё может жить именно так, как хочется! Может построить свои порядки! Действительно получить возможность менять этот треклятый мир. Вместо кареты перед глазами стояла Анна в соблазнительной позе, томно улыбающаяся полными губами. Уж она-то знала, что делать с мужчиной…

Затем он ощутил резкий удар в плечо, и вздрогнул. В голове прояснилось, и Рэйнер обнаружил, что кошмарная тварь вовсе потеряла сходство с человеком, изгибаясь в немыслимых позах, и пытаясь достать Никласа. Тот держался, но был ранен. Хлыст из черно-фиолетовой тьмы рассёк и камзол, и кожу на его плече, и Его Высочество тяжело дышал, мечась по карете. Экипаж, которым перемещался принц по дорогам Даланны, был просторен, и только это спасало Никласа от существа. Но так не могло продолжаться долго, тем более, что лошади встревоженно ржали и неслись куда-то вперёд, не разбирая дороги.

Рэйнер не мог понять, кто заставил его вынырнуть из наваждения, похожего на часть его самого. Только такую часть, о которой хочется забыть так же быстро, как она появилась, стереть, и снова считать себя хотя бы подобием порядочного человека. Но сейчас не было времени на самобичевание, и Рэй ударил в тварь. Вновь чистой энергией — если он подожжет карету, ничем хорошим это не кончится. А большая часть тех боевых чар, которым его учили, увы, обращались именно к огненной стихии. Спасатель…

Впрочем, Рэйнер не мог знать, что Ник ещё в пути, и что убийца нападёт в карете. Но это ничего не меняло. Сделать с тварью, а не с человеком, герцог мог не то, чтобы много. Однако, когда в существо влетела его магия, оно скрючилось и замерцало. Тут же в него влетели и ледяные иглы от Его Высочества, и затем… за спиной существа внезапно показался тот, кого вообще не должно было быть в Даланне.

И уж тем более в этой карете! Но Чезаре был здесь, и что именно он сделал с тварью, оставалось загадкой как для самого Рэйнера, так и, должно быть, для Его Высочества.

Несносный светловолосый полуэльф нараспев прочёл незнакомое заклятие на одном из мёртвых языков, вытянул руки над головой, потом начал очень быстро жестикулировать, словно лепил фигурку, только не из воздуха, а из глины. А потом тварь просто растворилась у его ног, и растеклась грязной лужей. Чезаре же как ни в чём ни бывало перескочил на место кучера, и ласково зашептал что-то лошадям. Рэй разобрал только что-то вроде «милые мои, страшный больше вас не тронет», и понял, что в этот раз дарэ Амато Скорца говорит на общеэльфийском. Хорошо хоть на диалекты анклавов не перешёл! Рэйнер утёр пот со лба, и они переглянулись с Его Высочеством. Не сговариваясь, они произнесли одну и ту же фразу. Две.

— Что это было?! И что здесь делаешь ты?!

Чезаре невозмутимо продолжил шептать лошадям, а потом, видимо, как-то уговорил их остановиться, вовсе не трогая поводьев. После этого спрыгнул с кареты, почесал каждую за ушком, посетовал, что не может дать им ничего вкусного, но обещал исправиться. И Рэйнер, и Его Высочество, смотрели на это из кареты, едва ли не открыв рты. И только закончив с животными, Амато, наконец, соизволил обратить внимание на менее важных существ.

— Это вместо благодарности? Благородные господа, как обычно, не отходят от традиций своих славных предков, — в голосе звучала мягкая насмешка. — А между тем, если бы не Она, — это слово Чезаре произносил с каким-то восторженным придыханием, — Ты бы, Рэйнер, понятия не имел, что Даланнское Высочество надо от чего-то спасать. И уж тем более не смог бы удачно телепортироваться на человека, а не на координаты. И где, спрашивается, осознание своих долгов перед моей скромной персоной?

Он не выглядел ни запыхавшимся, ни расстроенным, и вообще вёл себя так, словно не сидел, поджав под себя ноги, снова на месте кучера, а находился на светском рауте. И то загадочное тёмное вещество, что осталось от нападавшего, Чезаре тоже совершенно не смущало.

— Так это ты предупредил отца! — догадался, наконец, Рэйнер.

— Я, конечно, — кивнул Чезаре. — Правда, я рассчитывал, что он решит проблему сам. Он посильнее тебя будет, мой дорогой даэн Геллерхольц. А ты пока не расцвёл должным образом, чтобы отражать магические атаки такой серьёзности. К счастью для вас, я люблю появляться на сцене заранее. Из Ортана так быстро прибыть и вытащить одного пока не коронованного интеллектуального молодого человека мне бы не удалось. Ваше Высочество, не хочу вас расстраивать, но, если вы продолжите в том же духе, красивый обруч с камушками достанется кому-нибудь другому. По причине вашей безвременной кончины, разумеется.