Я надела чистую футболку, мысленно благодаря Гросса. Улыбаясь во все зубы, вышла в коридор. Ночной режим, приглушённый свет и тишина, нарушаемая лишь мерным гулом двигателей. Я шла к медицинскому отсеку, напевая какую-то земную песню.

Эрик, к моему счастью, был на месте. В полумраке лаборатории он сидел перед голографическим экраном с потоками мелькающих символов и рун. Он обернулся на мой шаг, и в его глазах мелькнуло не столько удивление, сколько… оценка.

— Юля. Не спишь. Что-то случилось? — спросил он своим ровным, бесстрастным тоном.

— С Хатусом как? — спросила я вместо ответа, подходя ближе.

— Восстанавливается. Лёгкая контузия и ожоги первой степени. Через двенадцать часов будет как новенький, — Эрик отложил планшет. — А у тебя как запястье? Боль есть? Воспаление?

Я машинально потёрла запястье, где ещё виднелись жёлто-зелёные следы гематом. По сравнению с тем, что творилось у меня в груди, это была ерунда.

— Нормально. После твоей чудесной мази и прибора, стало намного лучше, — ответила, переминаясь с ноги на ногу. — Эрик, я… мне нужно поговорить. Не как пациент с врачом, а как с…

— Как с другом?

— Да, как женщине со своим другом, — кивнула, чувствуя облегчение.

— Присаживайся, Юля, — Эрик выдвинул еще один стул, погасил экран и стало еще темнее: только подсветка по периметру комнаты и тусклая лампа на столе.

— Я только что была на свидании…

— С адмиралом. Об этом все говорят на «Араке», — был в курсе Эрик, а я сделала выводы — сплетники не только мужчины и женщины, но и инопланетяне.

— Я хотела бы узнать… о последствиях, — выговорила, сгорая от стыда. — Нет, о последствиях юридических! Вот! Расскажи мне, как здесь всё это… оформляется? Если два человека… решают быть вместе.

Эрик откинулся в кресле, сложив пальцы домиком. Его взгляд стал острым, аналитическим.

— Все просто. Мужчина подаёт прошение в Совет клана женщины или в общеимперский реестр, если она без клана. Прикладывает данные о своём статусе, доходах, генетической совместимости. Женщина рассматривает. Может принять, может отказать. Может взять на испытательный срок. После согласия заключается контракт. Всё прописано: график энергообмена, обязанности, финансы, права на потомство, условия расторжения, — медик говорил ровно, словно зачитывал инструкцию.

— А как мне узнать, подаст ли Ильхом прошение? — спросила я тихо.

— Спроси у него прямо, если тебе нужен конкретный ответ, — пожал плечами Эрик. — Но я думаю, что он уже подал прошение, просто ты его не получила из-за отсутствия комма. Мы оба помним, что он у тебя взорвался сегодня днем.

— И что мне делать? — растерялась. Где взять этот комм, если нам лететь еще неделю? Или сама вселенная меня предупреждает, чтобы я не спешила?

— Кто мне Гросс? А я? И как можно охарактеризовать нашу связь?

— Такая связь неформальная. Империя её не признает, — Эрик посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом. — Для мужчины такая связь — позор и штрафы, если женщина пожалуется на «незаконное потребление ресурса». Для женщины — риски, отсутствие социальных гарантий, осуждение. Империя построена на договорах, Юля. Хаос чувств — это… неэффективно. Это угроза системе. Или брак, или ты можешь сделать Гросса официальным любовником.

— Ох, как все сложно, — потерла запястье, на котором был комм и поморщилась от боли.

— Хочу дать совет, — сказал Эрик шепотом. — Не совет, а скорее предостережение. Адмирал Гросс… он действует в рамках своего права как твой первооткрыватель и покровитель. Пока он на корабле, его авторитет заменяет многие формальности. Но на Елимасе… — медик развёл руками. — Там на вас будут смотреть и как на сенсацию, и как на проблему. Ты слишком лакомый кусочек, а Гросс всего лишь адмирал.

— Адмирал! — шикнула я, не понимая, что за дикость. — Целый адмирал!

— Выживальщик высокого ранга, — поправил цинично Эрик. — И ты, такая «энергичная», досталась ему! Думаешь, так легко изменить устоявшиеся тысячелетиями тенденции? Да с таким энергополем ты можешь выбрать любого!

— Я и выбрала! — шипела в ответ, открыто смотря в глаза Эрику. — Гросса!

— А надо было какого-то магната, герцога, управленца! Не адмирала, Юля! Космос! — выругался Эрик, растирая переносицу руками. — Совет захочет вписать тебя в систему. Быстро и чётко. Адмирал… он не вписывается в планы тех, кто уже «рассчитывает» на брак с тобой.

Я слушала Эрика и теплое облако, в котором я парила последний час, начало стремительно рассеиваться, уступая место холодному, разряженному воздуху реальности. Не думала, что я и Гросс станем потенциальной политической проблемой.

— Почему ты мне это говоришь? — спросила, прищурившись.