— Первый кандидат — Ромит Барса. 53 года, — читал Ильхом, так как я не могла пока ни читать, ни писать.

— Сколько⁈ Да ты издеваешься! Этот? — я некрасиво указала пальцем на фото светловолосого парня со светло-голубыми линиями на теле. Тело, конечно, прекрасное, ведь фото было в полный рост, а мужчина на нем был в трусах. Но 53 года? Да ему максимум лет 25!

— 53 года, Юлия, — терпеливо повторил Гросс. — Это нормальный возраст для вступления в брак.

— Даже так… А ничего, что мне 27 всего? И я даже выгляжу старше него!

— Женщины вступают в брак с 25, так что ты подходишь вполне, — не был шокирован адмирал. Мда, все чудесатее и чудесатее.

— А тебе сколько? — уточнила для себя, потому что пока Гросс — единственный кхарец, что мне… запал.

— Мне 75.

— Хорошо выглядишь, — ляпнула вслух. — Ладно, давай дальше.

— Ромит Барса, — повторил Гросс. — 53 года. Владелец межпланетной сети торговых центров. Состояние оценивается в 67 миллиардов кредитов. Ранее не был женат, отказов не получал. Живет в основном на Елимас, но имеет недвижимость на семи планетах. Увлекается громсом, любит оперу и обладает большой коллекцией частных флайев. Готов управлять компанией удаленно, посвятив все время жене и ее желаниям. Есть курсы массажа, сертификат парикмахера, полный курс постельных ласк и еще грамота за первое место в конкурсе по приготовлению национальных блюд Империи.

— Ммм, — промямлила я, не понимая, что делать. — И?

— Нравиться? — с напряжением в голосе спросил Гросс. — После заключения брака ты сможешь распоряжаться всем его состоянием. Он красив, молод, богат. Правда не знатен, но это дело времени.

— Я не знаю, — ответила честно и пожала плечами. — Он… симпатичный.

— Пока отложим, — кивнул Ильхом. От перелистнул страницу и высветилось новая анкета. На стене появилось новое фото. На этот раз мужчина выглядел старше — линии на его лице были не просто узорами, а настоящими морщинами, прочерченными холодным светом. Седые пряди в тёмных волосах, взгляд тяжёлый, пронизывающий, без тени улыбки. Он был в парадном мундире, усыпанном нашивками, которых было больше, чем у Гросса.

— Тораль Век. 312 лет. Член Совета Старейшин Империи, глава клана Вектори. Состояние не подлежит публичной оценке. Трижды вдовец, — Ильхом произнёс это ровным, почти механическим тоном, но я почувствовала, как воздух в кабинете стал гуще.

— Все предыдущие жены скончались от естественных причин, связанных с исчерпанием энергоресурса в рамках долголетнего брака, — продолжал Гросс, и его голос звучал так, будто он зачитывал отчёт. — Предлагает не брачный контракт, а договор о пожизненном патронаже. В обмен на статус главной жены клана и неограниченный доступ к архивам Империи — полный отказ от личных финансов и права голоса в вопросах семьи. Проживание в родовом поместье на Яросе с выездом только в сопровождении личной охраны клана. Гарантирует… стабильность и уважение в высших кругах.

Я смотрела на это холодное, властное лицо. Этот кандидат покупал не энергию. Он покупал легитимность. Последнюю молодую жену для своего статуса. Чтобы подпитывать свою власть ещё несколько десятилетий. Это была не сделка. Это было погребение заживо в золотой клетке под присмотром стражников.

— Нет, точно нет, — отбраковала я этого кхарца. — Дальше.

Гросс молча сменил слайд. Было видно, что кандидатура Тораля Века его тоже не радует, но он обязан был её озвучить.

— Кейрон Мис. 31 год. Младший научный сотрудник орбитальной обсерватории на Мисуре. Состояние… незначительное. Живет в служебном модуле. Ранее подавал прошения о знакомстве 47 раз. Получил 47 отказов. Его имя в списке только из-за титула. Его клан обедневший, но знатный, — Гросс говорил медленно, и в его голосе прокрадывалась… жалость? Нет, скорее констатация печального факта.

— Предлагает совместную работу. Готов посвятить всё время изучению твоего энергополя, считает тебя «величайшим астрофизическим феноменом». В брачном контракте прописал пункт о еженедельных 24-часовых исследовательских сеансах. Взамен обещает «преданность, равную преданности науке».

Я слушала, и во рту стало горько. Это был не муж. Это был фанат. Учёный, готовый жениться на объекте изучения. Его «любовь» была бы любовью к моей аномалии, а не ко мне самой. Он уже видел во мне не женщину, а уникальную батарейку с сознанием.

— Мимо. Не мой типаж, — еще раз взглянула на хилого паренька.