* * *

— Нервничаешь? — спрашивал Сар, поднимая флай в воздух.

— Нет, — призналась честно. — Не испытываю ни трепета, ни волнения, потому что это всего лишь сделка, а не настоящее свидание. Тут либо да, либо нет.

— Ты чем-то похожа на него, — после долгой паузы произнёс Саратеш. Его голос был задумчивым. — Вот эта… хватка. Умение отделить личное от делового. Эта стальная выдержка.

Спрашивать, о ком он, было не нужно. Я знала.

Похожа на него. От этих слов стало одновременно леденяще холодно и жгуче стыдно. Потому что в этой похожести была правда. И потому что часть меня — та, что любила риск и сложные игры — отозвалась на это сравнение тихим, предательским трепетом.

Энор Новски.

— На Земле все такие? — перевел тему Сар.

— Такая жизнь, — пожала я плечами. — Женщины почти наравне с мужчинами. Нет энергополей, нет этой тысячелетней традиции обожествления и порабощения одновременно. Там… ты просто человек. Со своими выборами и со своей судьбой.

— А ты? — он включил автопилот и повернулся ко мне. Его серые глаза были серьёзными. — Жалеешь, что оказалась здесь?

— Да, — тихо призналась. — Я могла бы соврать, Сар. Сказать, что «нет, не жалею, ведь встретила вас!». Но не скажу. Я безумно люблю и тебя, и Ильхома. Благодарна судьбе за эту встречу. Но любовь — это не всё, Саратеш. Есть ещё я — та, что выросла в другой почве. Та, чья натура формировалась под другим солнцем. Пересадить полевой цветок в горшок и поставить на подоконник — ещё не значит, что он будет счастлив. Он будет жить, но будет тосковать по ветру и простору.

— Дело не в любви, да? — понимающе бросил Сар.

— Не в любви, ты прав.

— Но не все же так плохо?..

— Не плохо, нет, — я задумалась, формулируя мысль так, чтобы не обидеть Сара. — Чуждо. Здесь, в Империи мне приходиться бороться за право быть собой. За право выйти из дома без сопровождения. За право выбрать платье, которое нравится мне, а не предписано протоколом. Вещи, которые на Земле были «по умолчанию», здесь — вызов, грех, ошибка. Там, на Земле, я была частью человечества. Здесь — я инородное тело. Деталь, которая не вставляется в отполированную картину вашей истории.

— И узнавая тебя лучше, я могу сказать, что ты… не привыкнешь, — хмыкнул невесело Саратаеш.

— Привыкнуть — значит сдаться. Это значит предать себя и свою родину, семью, саму себя. А я не из тех, кто сдается. И я ни в коем случае не предательница. Как и большинство землянок, — я игриво подмигнула мужу, и он рассмеялся.

— Представляю, что ожидает наших кхарцев, если они все же найдут твою Землю и наладят контакт с землянами, — хохотнул муж. — Мы на месте.

Я осмотрелась. Мы приземлились у того самого рекреационного центра, где отдыхали всем кланом. Как пояснил Ильхом, эти места использовались не только для отдыха, но и для вот таких… деловых свиданий.

Я поцеловала Саратеша долго, страстно, будто пытаясь передать ему через прикосновение всё, что не договорила. Потом выпорхнула из флая и направилась к зданию, высоко подняв голову. Мой красный хвост развевался за спиной как боевое знамя.

В холле меня уже ждал он — Аррис Тан. Мужчина среднего роста, лет сорока, судя по виду. Ничего выдающегося. Светлые, аккуратно подстриженные волосы. Чистое, правильное лицо с усталыми серыми глазами. И серебристые феерии — не яркие, а скорее тусклые, словно припылённые. Он был одет в простой, но дорогой тёмно-серый костюм. В его позе читалась неловкость и… обречённая покорность.

— Светлых звёзд, госпожа, — его голос был ровным, безэмоциональным, но я уловила в нём лёгкую дрожь.

— И вам светлых, — ответила я, стараясь, чтобы моя улыбка не выглядела фальшивой.

Аррис предложил пообедать и я согласилась. Пока мы шли, я краем глаза изучала его. Никаких видимых следов болезни. Только странная нервная привычка — он слишком часто моргал, а когда пытался улыбнуться, у него дёргался уголок рта. Он казался не живым человеком, а хорошо запрограммированным, но начинающим глючить андроидом.

— Я предлагаю перейти сразу к делу, — сказала я, как только дроид-официант поставил перед нами бокалы с чем-то тропическим.

— Я в курсе, что с вами связывалась глава моего родительского клана, госпожа, — говорил ровно Аррис, не поднимая на меня глаз. — И я уверен, что вам совершенно не нужен больной муж. Однако я поражен, что вы все-таки решили со мной встретиться. Неужели матушка предложила вам настолько крупную сумму?

— Дело не в кредитах, — парировала я. Его прямоту я оценила. — Мои мужья и я достаточно обеспечены. Я предлагаю сделку.