Я сглатываю, пытаясь дышать, тогда, как хочется плакать. Мне больно, мне вдруг становится до того невыносимо больно, будто тело пронзили стрелой. Покрутили ее и вытащили все внутренности. Мне не было так больно с момента, когда отец ударил меня в детстве, когда забрал мою мечту, превратив свою дочь в тряпичную куклу. Мне больно, потому что я доверилась человеку, который… выходит что? Увидел игрушку в глупой Диане?

Лера больше ничего не говорит, молча обходит меня, задевая плечом. Я слышу стук ее каблуков, а ощущение, что это звук от пуль, пронзающих мою спину. Ноги становятся слабыми, они подкашиваются, и я с трудом дохожу до ближайшей лавки. Сажусь на нее, пытаюсь прийти в себя, как минимум дышать.

“Ты мне нравишься”

“Не выходи за него”

“Ну разве я не хорош?”

Голос Кирилла такой живой и звонкий, звучит в моей голове как сигнал бедствия. Всю ночь я принимала тот факт, что попробую впустить этого человека в свою душу, возьму его за руку, научусь заново летать. А теперь выходит что?.. Я должна принять реальность, в который меня использовали?

“Нет”, — качаю головой и достаю дрожащей рукой телефон. Разблокировать экран получается не сразу, но я не сдаюсь. Набираю номер Кирилла, и он как удачно поднимает трубку практически сразу.

— Привет, Ди, — его бодрый голос заставляет меня сжаться, а сердце предательски подскакивает груди. Интересно, о чем Беркутов думал, когда пытался затащить меня в кровать? На фоне его девушки, я — просто серая точка от карандаша, которую почти невидно.

— Тебе не стыдно? — чеканю, пока в желудке завязывается узел из моих чувств.

— Что? В смысле?

— Как ты мог? — кричу я, позабыв о нормах приличия, ведь в округе люди.

— В чем дело, Орлова? — бодрость пропадает из голоса Кира, теперь я отчетливо слышу непонимание и даже тревогу. Обманщик! Предатель!

Это все была ложь!

— Твоя девушка устроила мне сцену, дала мне пощечину, — тараторю в трубку, прижимая ее ближе к уху. — Разве я заслужила такое? Разве я сделала что-то, за что должна терпеть подобное унижение, Кир?

— Дев… Ди, — слышу его вздох, но не даю сказать ни слова дальше.

— Никогда! — задыхаясь от эмоций, кричу я. — Никогда мне больше не попадайся на глаза! Не хочу тебя видеть!

Отвожу телефон и сбрасываю вызов, а затем выключаю мобильный, потому что слишком ослабла от происходящего. Потому что… я привязалась к этому парню. Поверила, что я действительно ему не безразлична он сможет прогнать тьму из моей души.

— Беркутов! — орет тренер, в тот момент, когда я бью по мячу. Крученый, идеальный, но штанга, увы. Предсказуемо, с этого угла я бы точно не попал.

— Какого черта, ты не дал пас? — тут же шипит возле уха Орлов.

— Некому было, — хмуро отзываюсь, пытаясь привести в норму сбивчивое дыхание. Я не могу толком сосредоточиться на тренировке, на предстоящей игре. В голове голос Ди, и бесконечная фраза на репите “абонент недоступен”. Что могло произойти за сутки? О какой девушке она говорила?

— Беркутов! — вырывает тренер из мыслей. — Чего застыл?

Выдыхаю и иду на свою позицию, но сегодня от меня толку мало. Я в упор не вижу в округе товарищей по команде, которым нужно бы передавать подачу. Выбиваю мяч у соперников, довожу его до конечной точки и постоянно мажу.

— Да что с тобой, Кирилл? — в какой-то момент спрашивает Мот. Мы с ним в одной команде и его, судя по выражению лица, дико бесит, упускать шансы на победу, даже во время тренировок.

В ответ я лишь качаю голову, пытаясь все-таки как-то втянуться в игру. А уже после того, как тренировка заканчивается, Орлов вылавливает меня у выхода со стадиона. Он равняется со мной, оставив позади Анисимова, который там что-то активно вещает парням.

— Беркутов, — типично серьезным и монотонным голосом заводит болванку Мот. — У тебя все нормально?

— Да, — бурчу, хотя в другой день отозвался бы стебной шуточкой.

— Врешь, — он заглядывает мне в глаза, и я понимаю, что реально попался.

— Слушай, я… вообще спешу, поэтому в другой раз, лады?

— Я это… — Орлов мнется, словно мальчишка. Вижу, явно пытается подобрать слова, да только не знает с чего начать и чем закончить. — Слушай, Кир, я хотел поблагодарить тебя за тот случай на парковке. Может, все вместе соберемся в баре? Мы же как-никак команда.

— Мот, — я толкаю его локтем в бок. — А с тобой все нормально? Не заболел?

— Да ну тебя, — он закатывает глаза, и я бы может уже пошел к машине, да только вдруг решаю спросить. — Слушай, а твоя сестра… ну… как у нее дела?

— В смысле? — брови Матвея ползут вверх, взгляд становится моментально суровым, строгим. Зря видать спросил.

— Я к тому, что жених у нее какой-то мутный, — спешу отмазаться, хотя, наверное, это звучит глупо.

— А откуда ты ее жениха знаешь?

Вот же попал…

— Недавно видел его у нас возле универа. Он мне показался таким… не очень приятным.