— Однажды мне придется выйти замуж, — срывается у меня. Я сжимаю маленькую сумочку в пальцах, будто бы она сможет помочь перестать волноваться.

— Обзаводится семьей — это нормально, — запросто отвечает Беркутов. Он либо не улавливает моих намеков, либо предпочитает их пропустить мимо.

— Да, — сухо отвечаю ему. — С моими родителями это будет сложно.

— Тебе нужно научиться отстаивать свои права, — боковым зрением я замечаю, что Кирилл больше не сжимает крепко руль, он принял более расслабленную позу.

Неужели я, в самом деле, для него очередная проходная девушка?

— А ты?

— Что я?

— Никогда не думал о своем будущем? — решаюсь на последнюю попытку. И если до этого я планировала спросить у него прямо о том, что меня волнует, то теперь вряд ли. Да и зачем? Чтобы он высмеял меня? Или… еще хуже, мы расстались? А так хотя бы есть шанс, что в будущем отношение Кирилла может измениться. Наверное…

Господи! А ведь до этого разговора все было идеально, я была на седьмом небе от счастья рядом с Беркутовым. И надо же было отцу придумать эту идею со свадьбой, которая как яд теперь разъедает мое сердце.

— Я редко задумываюсь о таких вещах, прагматичность — не мой конек.

— Понятно.

Ну вот и все. Дальше обсуждать это я не хочу. Итак, теперь в голове сплошные сомнения, от которых надо либо избавляться, либо как-то развеять. Хотя оба варианта для меня не представляются легкими.

— О чем думаешь, Ди? — Беркутов останавливается на светофоре, его рука дотрагивается до моей, которая все еще крепко сжимает сумку. Спину тут же осыпает приятный табун мурашек, и я злюсь на себя, что не могу быть откровенной с этим парнем на сто процентов.

— Просто немного устала, — впервые я ему вру.

— Все будет хорошо, — звучат слова утешения, которые оседают где-то в воздухе, но не в моем сердце.

На панели у Кирилла высвечивается входящий вызов. Он кликает по экрану и в динамиках раздается задорный мужской голос.

— Привет, братишка. Ты в курсе, что сегодня у меня особенный день.

— Черт, — усмешка слетает с губ Беркута. — Я и забыл, что должен сегодня тебя отхэппибездить.

— Моя месть будет сладкой, — стебется мужской голос.

— Илюх, а где и когда? — уточняет Кирилл.

— Собираемся у Тимыча мужской компанией. Будем играть в футбик, нам с тобой надо раскатать их.

— А я хотел с девушкой прийти, — говорил Беркутов. Мне моментально становиться приятно, что он помнит и мысленно добавляет меня в свои планы.

— Девушки — это хорошо, но я хочу мальчишник. Так что передай своей принцессе мое почтенное извинение.

— Я могу и передумать, — Кирилл отбивает весело пальцами по рулю, у него отличное настроение, чего нельзя сказать обо мне.

— Да мне плевать, чтобы как штык был, — в таком же тоне отвечает Илья. Кажется, они очень близки.

— Ладно, я подумаю. Давай, перезвоню, — Беркутов сбрасывает вызов и устремляет взгляд на дорогу. Я не знаю, о чем он думает, но разговор между нами дальше не клеится. Хотя отдаю должное, Кирилл старается и даже откидывает пару шуток. А уже у моего дома, когда он заглушает двигать, задает еще раз вопрос:

— Ди, все в порядке?

Я смотрю на него, кусая изнутри щеку. Надо сказать! Прямо! Как есть! Ничего не тая! Если мы не будем говорить, проблемы сами собой не решаться. Но я не говорю, лишь молча киваю ему, боясь собственных страхов. Вспоминаю слова Алины и матери, что мужчины никогда не бывают, готовы к серьезным отношениями, а подобное давление наоборот может отпугнуть.

Больше всего на свете я не хочу потерять Кирилла.

— Я приеду к тебе ближе к двенадцати, — чмокнув меня в щеку, сообщает Кир. С момента, как меня выписали из больницы, я еще ни разу не ночевала одна. И если до этого мне казалось нормальным, что Кирилл остается ночевать, опекает меня, то теперь вдруг вспыхнуло — может, я его и тут напрягаю?..

— Не нужно, — качаю головой, фальшиво улыбаясь.

— В смысле? — его бровь выгибается, на лице читается удивление.

— Я Алине позвоню, мы давно не собирались вместе. У тебя будет мальчишник, а у нас девичник.

— Уверена? — он переплетает наши пальцы и подносит к их своим губам. Легкий поцелуй едва не обжигает кожу моих рук. Эта близость подобно дефибриллятору — возвращает к жизни.

— Конечно. Позвонишь мне?

— Обязательно, — на прощание обещает Кирилл. Он целует меня в губы, не жадно и напористо, а нежно и чувственно, словно боится причинить боль. И я верю в каждое его слово — все будет хорошо. Верю, закрыв за собой дверь… Верю, поднявшись к себе на этаж. Верю даже тогда, когда стрелка часов показывает девять, а звонков от него не поступает.

Я искренне хочу верить в наше будущее…

Вот только в настоящем Кирилл не звонит.

Неужели я ошиблась?..