— А мне нравишься ты, — с улыбкой отвечает Кир. Беркутов отходит, явно с неохотой, затем переплетает наши пальцы и подносит к своим губам. С той стороны, где находится моя ладонь, Кирилл оставляет нежный поцелуй, от которого я тихо таю.

— Как насчет… — смущенно произношу, ощущая быстрый стук сердца, который отдается в груди. Может моя поспешность и не очень правильная, но как же хочется просто быть счастливой. Хотя бы на короткое мгновение. И если уж парень напротив смотрит на меня такими влюбленными глазами, почему бы не рискнуть? Почему бы не прыгнуть за ним в пропасть? А вдруг именно там я обрету крылья?

— Говори, — Кирилл наклоняется и заправляет прядь мне за ухо, он делает это настолько заботливо, словно мы вечность вместе. — Хочешь, пойдем в кино или в парк? Я готов исполнить твое любое желание, Ди.

— Поужинаем вместе?

— Без проблем, в каком ресторане, — он склоняет голову на бок, а я едва сдерживаю себя, чтобы вновь не дотронуться до лица Кира: провести вдоль линии его по-мужски очерченных губ и острых скул.

— Зачем ресторан? Давай вместе что-то приготовим? Я… — мне почему-то страшно услышать его ответ, хотя и понимаю, Кирилл не откажет. — Могу сделать азиатскую пасту или роллы, а ты…

— А я расчленю рыбку-сан или как там правильно? — весело отзывается он.

— “Сан” — это у японцев, — с улыбкой отвечаю ему, поражаясь, как легко нам вести диалог.

— Да без разницы. Буду твоим личным помощником-расчеленщиком.

— Звучит устрашающе, — хихикаю я. — Тогда… я встречаюсь с Матвеем, а потом подожду тебя на остановке. Хорошо?

Вместо ответа Кирилл коротко целует меня в губы. Кажется, вечернее свидание официально согласовано.

— Как тебе? — Кирилл показывает суши, он довольно быстро нарезал рыбу с овощами, закрутил все это в трубочку и теперь с довольным видом демонстрирует мне.

— Вау! — восклицаю я, удивляясь насколько идеально у него получилось. — Да вы, господин Беркутов, мастер на все руки.

— Да я вообще очень талантливый, — хвалится он. — Знаешь, — Кир пробует на вкус свое творение, усаживаясь на барный стул. — Я ведь никогда не готовил с девушками. Честно сказать, я и себе дома не готовлю. Покупаю еду в столовке и супере, хотя там она такая себе на вкус.

— А я думала, ты живешь с отцом, — скидываю с доски ломтики болгарского перца в сковороду-вок и выключаю газ — гречневая лапша уже сварилась. Мы у меня больше часа, а до этого успели заскочить в магазин, купить продуктов, немного поспорить, и теперь вот — вместе готовим.

— Жил, — он переводит взгляд на тарелку с суши, и делается каким-то мрачным, словно уходит мыслями в прошлое. — У нас с отцом не ладиться. Я решил съехать. Теперь живу один в большой пустой квартире, где никто не готовит.

Какое-то время я молча промываю лапшу и остужаю ее, чтобы она лучше впитала в себя затем соус. Ну и обдумываю, конечно, сказанные слова Кириллом. Матвей до этого рассказывал мне, что Беркутов из очень богатой семьи, отец его один из самых влиятельных людей в столице, владеет большим особняком. Сына своего балует: то машину новую, то байк, то даже очки за несколько миллионов купит. Мне всегда казалось, что Кир живет в хорошей, любящей семье. А теперь выходит, очередной образ, который сложился в моей голове, рушиться по крупицам.

Закинув лапшу в сковороду, я подхожу к Кириллу и сажусь напротив него на барный стул.

— Выходит, кулинарные изыски — это очередной способ соблазнить меня?

Он весело смеется, и снова становится тем беззаботным парнем, к которому я успела привыкнуть.

— Конечно, ради тебя, хоть Моисеем стать, хоть…

— Супер Майком, — шутливо отвечаю я. Кирилл сводит брови, делая типа серьезный вид, затем поднимается со стула, подходит ко мне и кладет руки по обе стороны ручек.

— Хочешь, чтобы я станцевал тебе стриптиз? — игриво произносит он, окидывая меня таким взглядом, что я готова подписаться под любым словом и согласится на все — в том числе, и на стриптиз.

— Ну… — облизываю кончик губы, смущенно закусив ее.

— Предложение исключительно эксклюзивного характера, — весело говорит Кир. Он отходит от меня, а я спешу к конфорке, чтобы помешать лапшу.

— Ой, кажется, подгорело, — с опаской озвучиваю вслух. Не хочется опозориться, да и я помню, как парни умеют реагировать на такие промахи. Денис вечно бурчал, а то и вовсе отказывался от еды.

— Да ерунда, так даже вкуснее, — запросто отвечает Беркутов. Боковым зрением я поглядываю на него и не верю, что рядом со мной другой человек. И нет больше никаких правил, принципов, идеалов… Есть только мы и нам хорошо вместе. Оказывается, так бывает.