Я не замечаю, как встаю со стула и оставляю недопитый коктейль, как шаг за шагом сокращаю расстояние между нами. Матвей будто незримыми нитями притягивает меня к себе, обещая сберечь то, что уже угасло. Все звуки затихают, а люди становятся похожи на размытое пятно. Весь мир будто исчезает и есть только мы с Орловым. Остановившись в шаге от него, нервно сглатываю и поднимаю голову, встречаясь с ним взглядом. Кончики пальцев покалывает от желания коснуться его, тело будто наэлектризовано. Хватит всего одного движения, чтобы напряжение, витающее между нами, вспыхнуло пламенем.

— А я думал, ты хочешь побыть в компании с подругой, — каким-то снисходительным тоном говорит Матвей. Он незаметно касается моей ладони, переплетая наши пальцы. Господи, Агата, что ты делаешь? Эти метания туда-сюда ничем хорошим не закончатся.

— Иногда для поднятия боевого духа необходимо немного музыки, — зачем-то оправдываюсь я.

— И ты решила прийти… — Орлов скользит по мне взглядом, обжигающим, ревнивым. И я снова ругаю себя, что надела это платье, да и в целом — не стоило ехать.

— Прошу, не надо, — шепчу, а сама вся будто превратилась в раскаленный металл. Только и могу, что чувствовать эти ненавязчивые прикосновения мужских рук.

— Просто доверься мне, нам же… — Матвей наклоняется и шепчет окончание фразы мне на ухо. — Было хорошо вместе. Зачем ты усложняешь, Агата?

И я сама не знаю, почему, но вдруг делаю последний шаг и отчетливо чувствую мужское горячее дыхание на своих губах. Глаза в глаза. Биение сердец становится синхронным и замедляется, когда моя ладонь скользит по его крепкой груди.

Мы неспешно раскачиваемся в собственном ритме, наплевав на музыку и проходящих мимо людей. Мне хочется поцеловать Матвей, хочется быть с ним, не думая о “завтра” или пропасти между нами. Ведь именно рядом с Матвеем я чувствую себя живой. Его рука касается моей спины и задевает там вырез, мужские пальцы проскальзывают ласково по коже, заставляя вздрогнуть.

— Ты совершаешь ошибку, — шепчу я, ему в губы. И это, правда, рядом со мной этого мальчишку, который однажды наверняка станет прекрасным мужем, не ждет ничего хорошего.

— Снова боишься, что нас заметят вместе? — он смотрит так, словно ожидает подвоха или очередной отказ.

— Все так сложно.

Матвей вдруг обхватывает мой подбородок пальцами, его взгляд становится таким холодным и жестким, что я съеживаюсь под этим натиском.

— Тогда откройся мне.

— Ты не понимаешь, — горькая правда едва не срывается с губ.

Орлов вдруг берет меня за руку и тянет за собой. Я покорно соглашаюсь, в конце концов, здесь слишком душно и от музыки у меня начинает болеть голова. Мы довольно быстро оказываемся в прохладном холле клуба.

— Поехали ко мне? — неожиданно предлагает он.

— Что? — я теряюсь, словно школьница.

— Давай будем честны друг перед другом или…

— Матвей, — я опускаю голову, сжимая перед собой пальцы в замок.

— Агата, я не могу быть твоей игрушкой. — Уже строже говорит он. Это голос не мальчишки, а взрослого мужчины. — Ты то отталкиваешь меня, то притягиваешь. В одно мгновение говоришь, что между нами ничего не может быть, а потом целуешь.

— Матвей, — повторяю как мантру его имя.

— Я готов хранить наши отношения в тайне, так как прекрасно понимаю, что для тебя важна работа. Я готов быть рядом и поддерживать тебя. — Он повышает голос, а я замечаю в снисходительном взгляде нотки раздражения. — Но пойми, я никогда не смогу принять роль твоей жилетки по вызову.

Я едва не задыхаюсь от его слов. Они острые и холодные, они словно пощечина, от которой хочется укрыться.

— Это не так, — тихо говорю.

С губ Матвей срывается пустой смешок. И мне становится так грустно и одиноко, что хочется разреветься.

— У тебя есть мой номер, если захочешь поговорить, звони. — Кидает прощальную реплику Орлов. А затем исчезает так же внезапно, как и появился в моей жизни.

Несмотря на уговоры Ленки, я тащу ее домой. Настроение веселиться пропадает напрочь. Оно не появляется ни утром, ни на следующий день, хожу, как будто получила обухом по голове. И почему-то все ищу глазами Матвея, а у нас может даже к счастью, нет пар. Только к концу недели стоит одна, но до нее еще ого и ого.

А в среду мне объявляют новость: оказывается, по традиции в середине октября институт отмечает внутренний праздник какой-то, я толком не поняла какой. В честь этого события, они организуют дискотеку в актовом зале сегодня вечером. И конечно, им нужны смотрители, чтобы никакого алкоголя или пошлостей. Хотя я сомневаюсь в обоих пунктах.

С нашей кафедры выбрали двух смотрителей, остальные успели отказаться. Надо же как везет! А уж с коллегой по цеху мне вдвойне повезло… Судьба явно не на моей стороне.

И вот, мы вдвоем с противной Анной Дмитриевной, стоим скромно у стеночки: она в левом углу, я в правом, и наблюдаем за пустующим танцполом, по которому мелькают лучи прожектора. Студенты разбрелись по залу, кто-то лениво покачивается рядом друг с другом, но большинство сгруппировали в компании и перешептываясь, косятся на педагогов. Нас тут вроде человек семь или десять, хотя вон молодой аспирант в круглых очках уже завис в телефоне, а та пожилая дама с педа, кажется, засыпает на стуле. Замечательный вечер, ничего не скажешь…