— Орлова! — прилетает мне в спину. Да только я не останавливаюсь, хотя понимаю, что вот так уходить тоже нехорошо. Человек рисковал ради меня, вон даже на второй этаж залез, не каждый бы на такое решился. И мне отчего-то становится страшно… страшно, что рядом с Кириллом сердце захочет большего, например, остаться.

Забежав в подъезд, я успеваю преодолеть несколько ступеней и даже дойти до своей квартиры, вот только неожиданно меня снова зовут…

— Орлова, — тон голоса у Кирилла совсем не строгий, насмешливый какой-то, словно передо мной пятнадцатилетний мальчишка. Он не злиться, я чувствую, хотя должен бы.

— Что ты тут… — шепчу, будто нас поймали за пакостью.

— Ужином угостишь?

— Кирилл… — ошарашено произношу его имя. А он уже обходит меня, открывает крышку на электронном замке и ждет.

— Код какой?

— Кирилл…

— Да ладно тебе, принцесса, неужели зажала пару сосисок? — весело подшучивает Беркутов. Я вспоминаю, что Денис уехал на несколько дней, да и совесть говорит — человека нужно отблагодарить по нормальному, а не одним словом. Поэтому мне ничего не остается, кроме как сказать код от замка.

Надеюсь, это не станет моей фатальной ошибкой.

Кирилл ведет себя довольно нагло, словно мы с ним настолько близки, что можно запросто гулять по чужому дому. Он входит передо мной в коридор, затем в зал, совмещенный с кухней. Крутит головой, рассматривая интерьер, и молча идет к холодильнику. Я же неуверенно плетусь следом, пораженная поведением Беркутова. Внутри где-то даже завидую его раскрепощённости.

— Да у тебя тут мышь повесилась, — заявляет Кир, заглядывая в холодильник. Я подхожу к нему, завожу смущенно руки за спину и тихо отвечаю:

— Просто не было времени готовить.

— Зато продукты смотрю есть, — констатирует он.

— Может тебе заказать пиццу? — я почему-то ощущаю укор в свою сторону. Денис ненавидит, когда дома нет еды. Он сразу кривится, и смотрит так оскорбительно, что мне хочется отвернуться. Дэн не из богатой семьи, его мать домохозяйка, повернутая на готовке, уборке, и всяких домашних делах. Она приучила своего сына к тому, что он просыпается и на столе уже стоит тарелка с чем-то вкусным: блины, сырники, запеканка или какой-то салат.

Первое время, когда Денис только начал оставаться у меня, я честно пыталась соответствовать его ожиданиям: вставала раньше на часа два, делала прическу, легкий макияж и готовила. А однажды проспала, потому что валилась с ног после экзамена. Дэну это не понравилось и мы поругались. Тогда я сказала, что согласна готовить, но больше подрываться в пять утра не буду. Ему мой ультиматум не особо понравился, хотя по итогу он все-таки принял его.

— Зачем? Тут куча продуктов, — замечает Кир.

— Это не говорит о том, что я должна превратиться в золушку и… — начинаю заводиться, плечи моментально напрягаются. Понимаю, что веду себя возможно неправильно, да только ничего не могу с собой поделать. Почему все вокруг хотят что-то слепить из меня?..

— Я и сам могу попробовать, — всего одна фраза, а она будто выбивает весь воздух из легких. Поднимаю голову и не могу поверить своим ушам, глазам, да вообще происходящее не вяжется с образом бэдбоя и бабника. Тем временем Кирилл уже достает продукты, выкладывает их на кухонную столешницу, да с таким важным видом, словно он шеф-повар.

— Ты… будешь готовить?

— Не знаю, — весело отвечает он. — Но я попробую, говорю же. Так-с… для начала надо раздеться.

— Чего? — ошарашено шепчу я. Беркутов не обращает на меня внимания, он стягивает толстовку, кидает ее на стул, оставшись в одной белой майке. Я тайком поглядываю на его спортивные руки, он вообще весь такой прокаченный, но не сильно, в меру, как красавчики из пинтереста.

— Так-с, — с умным видом Кирилл берет разделочную доску и нож сантоку*. — Ты иди пока, отдохни. А я тут попробую не спалить кухню.

— Ну ладно… — шепчу и все-таки ухожу.

Пока переодеваюсь в домашний спортивный костюм, не могу отделаться от странного ощущения: с одной стороны мне легко, даже хочется улыбаться, с другой немного тревожно. Я же не совершаю ошибку…

С кухни до меня начинает доноситься песня, при том до боли знакомая. Я завязываю волосы в конский хвост и иду на звуки мелодии. Однако возле дивана останавливаюсь, в очередной раз, не в силах поверить своим глазам. Кирилл пританцовывает, двигая бедрами туда-сюда, под трек “Самая красивая” Воробьева. Он подкидывает болгарский перец, затем ловит его и тут же шинкует. Беркутов делает это настолько ловко, что пожалуй, многие повара бы позавидовали его навыку.

Я тихонько подхожу ближе, продолжая наблюдать что-то безумно забавное. А Кирилл еще и напевает: