Будь по-твоему, Агата.

Возвращаюсь в аудиторию, занимаю свое прежнее место и захожу в мессенджер. Если бы моя сестра знала, чем я сейчас занимаюсь, то назвала бы меня больным на всю голову. Правила. Я никогда их не нарушаю. Учитывая же нашу ситуацию, можно смело сказать, что все правила полетели в топку еще в тот вечер в клубе.

Нахожу номер Агаты и открываю диалог, добавляю фото, сделанное в туалете и мельком бросаю взгляд на девушку. Ее пальцы быстро порхают по экрану телефона, белые зубки впиваются в нижнюю губу, брови нахмурены. Все бы сейчас отдал, чтобы вновь ощутить ее вкус.

Да вы нервничаете, Агата Сергеевна.

— Мот, ты где был? — голос Лехи звучит так неожиданно, что телефон выпадает из рук на пол.

— Он же “мистер правила”. Наверняка согревал свое место, чтобы показать новенькой насколько хорош, — Беркутов поднимает мой телефон и я вскакиваю на ноги.

— Тебе не говори, что чужое брать нехорошо, — протягиваю руку, чтобы отобрать гаджет. Пропускаю издевку мимо ушей. Мы с Беркутом схлестнемся еще не раз, а поговорить с Агатой мне нужно сейчас.

— А то что? — его губы изгибаются в кривой ухмылке.

Едва сдерживаюсь, чтобы не съездить по смазливой физиономии.

— Ты уже показал максимальный уровень своего дна, Беркут, так что давай, кончай дурачиться, — хватаю телефон, но Кир еще крепче сжимает его, поворачивая экран к себе.

— Порнушка средь бела дня, — присвистывает он. — Да ты умеешь удивлять, Мот.

Беру его за край футболки, рывком притягивая к себе.

— Не будь дерьмом, — цежу я сквозь зубы.

Мы прожигаем друг друга свирепыми взглядами.

— Ты же сказал, что я именно такой, — он наигранно распахивает в удивлении глаза. — Упс, кажется отправилось.

Позади нас раздается тихий вскрик и я выглядываю за спину Беркутова, чтобы посмотреть на Агату. Ее недавно румяное лицо стало белее мела, а губы прикрыты ладонью. Взгляд мечется по моей фотографии, в которой я сделал акцент на плече где еще неделю назад красовались царапины от ее ногтей. Ладно, я хотел отправить снимок, но точно не рассчитывал, что в этом примет участие Беркутов и его ущемленное эго.

Агата резко выпрямляется, встает из-за стола и устремляет на нас суровый взгляд.

— Орлов, Беркутов, какие-то проблемы? — она пытается быть строгой, не подавать виду, но я-то вижу реальность. И это подстегивает, пробуждает во мне того мальчишку, который в десять лет любил шкодить, пока отец не прошелся по его детской заднице ремнем.

— Никаких, — Кир почти смеется, а я почти не сдерживаюсь, что ему двинуть. — Всего лишь пытаюсь пройти на свое место. Держи, — он отдает мой телефон, с этим своим видом бесконечного победителя. — Дважды за пару минут удивляешь, Мот.

Игнорирую его и молча слушаю остаток лекции, хотя не понимаю и слова, больше думая о предстоящем разговоре с Агатой. И она явно чувствует мое пристальное внимание, не дает мне ни шанса Улетает из аудитории, стоит только закончится паре.

Я тоже не сижу сложа руки. Закидываю рюкзак на плечо и выбегаю, рассталкивая на пути студентов.

Оказавшись на улице, кручу головой в разные стороны, да только тщетно. У этой девушки феноменальная способность появляться в моей жизни так же внезапно, как и исчезать, оставляя после себя шлейф из желания вновь обладать ею и чувства потери.

А потом я замечаю хрупкую фигуру сестры. И весь сжимаюсь, мысленно надеясь, что меня подводят глаза…

Мой взгляд цепляется за хрупкую фигуру сестры. Она стоит рядом со своим женихом, по совместительству главным любимчиком нашего отца и напряженно внимает каждому его слову. Дэн запускает пальцы в свои волосы, и Диана вздрагивает от этого жеста так, словно он собирался ударить ее.

Не знаю, может у меня, конечно, разыгралась фантазия, но где-то внутри есть ощущение, будто Ди сжимается, а в ее глазах мелькают едва заметные искры страха.

Я сокращаю расстояние между нами, и обхватываю плечо мелкой, притягивая к себе.

— Матвей! — вскрикивает она, с удивлением разглядывая меня. — Я же испугалась. Ты чего так неожиданно подошел?

Целую ее заботливо в висок, и сестра заметно расслабляется, оказавшись в моих объятьях.

— Дэн, какими судьбами? Еще не вся лесть вылилась к ногам нашего отца? — с усмешкой произношу я.

Никогда не любил этого парня. Говоря языком Беркута, он кто-то вроде слизкого червяка, желающего погреться под золотым крылышком обеспеченных людей, вроде моего папочки.