— Если ты не против, я бы предпочел побыть несколько часов в объятьях Морфея, а не слушать твои причитания.
Укладываю голову ей на колени и закрываю глаза. Ди некоторое время даже не шевелится. Либо боится, что я опять что-нибудь выкину, либо черт его знает. Ее мысли для меня — та еще загадка.
Когда я уже почти засыпаю, и легкость мягкой волной накатывает по всему телу, вдруг ощущаю легкое прикосновение тоненьких пальчиков к своему лицу. Ди убирает челку со лба и оставляет ладонь на моей макушке, чем вызывает волну непонятных мурашек своими действиями.
— Знаешь, Беркутов, когда ты не стараешься быть придурком, то очень даже ничего, — вдруг шепотом признается она.
Я едва не распахиваю глаза, но заставляю себя лежать неподвижно. Так вот оно что. Вот ключ к сердцу Орловой. Разговоры по душам, милые объятья и батончик “Сникерса” напополам?
Правда, что-то мне подсказывает, что есть что-то еще… Вот только не знаю, хочу ли я узнать последний пункт.
Глава 15 — Диана
Я стала ерзать, предполагая, что Кирилл все-таки не будет использовать меня в качестве подушки, а ему нормально — как лежал, так и лежит. Мне ничего не оставалось, кроме как смириться и попытаться переждать час, два или сколько он так собирался спать.
Склонив голову, я начала разглядывать Беркутова: с закрытыми глазами он выглядит обычным парнем, далеко не бэдбоем, разбивающим женские сердца. А еще рядом с ним мне почему-то спокойно, как будто мы знакомы тысячу лет, делили вместе и печали, и радости, и даже вот так несколько раз засыпали в пустой библиотеке. Сердце в груди сжалось, то ли от тоски по непонятным ощущениям, то ли от желания, которого невозможно достичь…
Забавно, но когда мы с Денисом познакомились, уже тогда я нет-нет, да чувствовала некое напряжение: из серии, как правильно сказать, чтобы выглядеть лучше, как улыбнуться, что надеть. Мне всегда казалось, что я не дотягиваю до его уровня, теряюсь на фоне взрослого уверенного парня.
Помню однажды, Дэн пригласил меня на новогодний корпоратив. Я попросила маму помочь с платьем, сделала легкий вечерний макияж, пыталась соответствовать. Тогда Минаев еще не работал у моего отца, он занимал должность обычного менеджера в крупной строительной фирме.
В ресторане, где собрались его коллеги, на меня смотрели не то чтобы косо, скорее с удивлением. Мама говорит, я тогда выглядела очень молодо в свои восемнадцать. Она отговаривала от похода, а мне наоборот жуть как хотелось войти в общество своего парня. В итоге, вечер прошел отвратительно: к еде не притронулась, на танцпол не выходила, с Денисом особо не общалась. Он все время подливал выпивку начальнику, видимо пытался угодить.
Тогда я поняла, что больше ходить в “свет” с женихом не буду… Пожалуй, мне ближе ночлег с едва знакомым человеком на полу в старой городской библиотеке, нежели поход в новомодный ресторан в дорогущем платье, под руку со своим женихом. Странно, почему я только сейчас об этом задумалась…
Опустив голову и снова взглянув на Кирилла, я не заметила, как улыбнулась. Это, конечно, неправильно, но мне до чертиков хотелось хотя бы раз в жизнь сделать что-то выходящее за рамки правил.
Однако через три часа все закончилось…
Дверь в библиотеку неожиданно открылась, в коридоре эхом пронеслись звуки тяжелых шагов. Я наклоняюсь и замечаю пожилую женщину. Она снимает с себя дождевик, отряхивает волосы от дождя и тут же начинает что-то искать. Нам повезло, ночевка благополучно отменилась… А повезло ли?!
Пора уходить…
Нет, в душе-то мне может и хочется побыть ещё немного в компании человека-смерча… Кирилла в голове я именно так охарактеризовываю: немного странный, необычный, плюющий на мир и мнение вокруг. В какой-то степени, я восхищаюсь его характером, стойкостью. Мне о таком даже мечтать нельзя, что уж говорить о попытках реализовать. Да и скорее всего, у Беркутова есть какие-то скрытые мотивы на мой счет: люди не врываются в жизнь других в дуновения ока.
Тихонько вытащив из рюкзака платок, я сворачиваю его, затем осторожно перекладываю голову Кирилла на пол, поверх платка. Поднявшись на ноги, окидываю взглядом своего навязчивого знакомого, который неожиданно имеет схожие со мной вкусы. Родись я в другой семье, и возможно с другим воспитанием, наверное, мы могли бы даже стать друзьями. Хотя… кого я обманываю? Беркутов знает о моем существовании исключительно из-за брата, не будь он моим родственников, Кирилл бы прошел мимо. Уверена…
— Подождите, — обращаюсь я к женщине. Она уже держит в руках связку ключей с забавным маленьким мишкой-брелком.
— Что вы тут… — смотрит с удивлением библиотекарь.
— Вы нас закрыли, — смущенно отвечаю я, проскальзывая мимо нее в дверной проем.
— Вас… то есть ты не одна? — прилетает мне в спину. — Господи! Матерь-божья! Как вы тут вообще могли остаться? — причитает она.