Я машинально кивнула, припоминая, что кот отчего-то не поладил с парнем. Да и чем Руфус в лавке поможет? Суету создаст? Тут больше по хозяйственной части работа, за которую Шуша отвечает. Крыска проскользнула вперед, не дожидаясь, пока мы с парнем разлюбезничаемся.

Хозяином оказался коренастый широкоплечий мужчина с медными курчавыми волосами и такой же бородкой. Судя по тому, что рыжие волосы торчали из ворота рубашки и покрывали руки от кисти до закатанных рукавов, по волосатости господин Волков любого кавказца переплюнет. Только желтые глаза с вертикальным зрачком Макара Васильевича удивительно были похожи на волчьи. А так вполне себе славянская внешность.

Ага, значит, вовсе не мой знакомый стал причиной тому, что Руфус отказался заходить в лавку. Если передо мной оборотень, то, сомневаюсь, чтобы он водил дружбу с котами.

Голос у хозяина лавки — под стать внешности — раскатистый, басистый. Макар только носом повел при моем появлении и, похоже, сразу догадался, кто я такая, оскалился белозубой улыбкой.

— Рад, что вы почтили визитом мою вотчину, госпожа ведьма, — поприветствовал он. — Будьте уверены, у нас всегда в продаже свежие продукты, других не держу. Сафрон, чего же ты молчишь, представь гостью.

— Анна, познакомься, это Волков Макар Васильевич — хозяин этой замечательной лавки, — тут же отреагировал сын кузнеца. — Макар, позволь представить Анну Тихомировну Орбод — нашу юную сыроземскую ведьмочку.

— Рада знакомству, Макар Васильевич, — улыбнулась мужчине. — В свою очередь, хочу представить мою помощницу Шушу Тошкину. Она заведует закупкой продуктов и пополнением запасов.

Крыска чинно вышла вперед, жеманно поклонилась и шаркнула ножкой, мол, прошу любить и жаловать.

— Что ж, — Волков почтительно кивнул Шуше. — Будем знакомы. У вас с собой список продуктов?

— Разумеется! — ничуть не стушевалась крыска. Она ловко запрыгнула на торговую стойку, извлекла из котомочки сложенный лист бумаги и подала мужчине. — Будьте добры ознакомиться и подсказать, что из указанного имеется в наличии.

— Хм, — хозяин внимательно вчитался в содержимое, нахмурив лоб и закусив нижнюю губу. К счастью, лицо его быстро разгладилось. — В наличии практически все по списку, кроме пятой, тринадцатой и двадцать седьмой позиции. Как собираетесь оплачивать?

— Наличными. Сколько там выходит?

— Если не ошибаюсь, за вычетом недостающего товара, ваша покупка выходит на девяносто семь серебряных монет.

— Держите золотой, — Шуша с деланной небрежностью извлекла монетку из, похоже, бездонной, котомочки и положила ее на прилавок. — Сдачи не нужно! Лучше организуйте доставку по улице Лесной дом тринадцать. И не забудьте охладить молоко, чтобы не скисло по дороге. У вас ведь хладожабы имеются?

— Обижаете, уважаемая, — торговец ловко смахнул монетку в волосатую лапищу. — У меня свежайшие жабы! Молоденькие, активные, из сердца сыроземских болот добытые. Если оставите в крынке с молоком на ночь, к утру маслице свежее взобьют. С вашего позволения, немедленно займусь сборкой заказа. Мясо с жирком отрезать или попостнее?

— Телячью вырезку, там же написано, — крыска ткнула пальчиком в бумажку, которую Волков держал в руках.

— Да видел я, видел, — фыркнул он. — А потрошков не желаете? Свежайшие. Бесплатно. Так сказать, бонусом к покупкам.

— Ммм, так и быть, положите! Найдем, кому их скормить, — сморщив розовый носик, выдала Шуша.

Я и не думала, что она может быть такой придирчивой. Но, в целом, претензий к помощнице у меня не возникало, так что пусть работает дальше. На мою пользу ведь старается.

— Спасибо, Макар Васильевич, за любезное обслуживание, — еще раз улыбнулась мужчине, сглаживая ситуацию.

Заслужил! Товар у него добротный, обхождение приятное и подход к любому покупателю, невзирая на внешний вид и видовую принадлежность. И что с того, что оборотень? Человек-то хороший!

— Благодарствую, Анна Тихомировна, за доброе слово. — С почтением склонил голову Макар Васильевич и хитро зыркнул желтыми глазищами. — Таким очаровательным покупателям я завсегда рад!

— Ну, раз уж с заказом определились, и моя помощь в доставке не требуется, то мы пойдем, пожалуй, — вставил свои пять копеек Сафрон. — Счастливо оставаться, Макар Васильевич. Нижайший поклон супруге и деткам крепкого здоровья. Слышал, у младшенького зубки режутся?

— Непременно, передам, Сафрон Тифонович. — Хитрый взгляд Волкова превратился в грозный прищур. — И вы родительнице поклон от меня передавайте.