«Я с тобой развожусь», – заявила зло и решительно.
«Мы ещё даже не поженились», – напомнил он мягко и успокаивающе.
Себя пусть успокаивает!
«Тебе всё шуточки?», – я в бешенстве сощурилась, не замечая безумия вокруг, того, как ветер закладывал уши и рвал мои волосы с одеждой, как частички земли и пыли били по коже, как тьма заволокла пространство.
«Мне вообще не смешно», – заверил больше не любимый дракон.
Всё, я сказала! Никакой любви тому, кто не в состоянии держать собственное слово. Ухожу! Ещё не знаю, куда, но точно ухожу!
– Используй Силу!
– Рот закрой, я сказала! – откровенно послала я какую-то там Бездну.
«Любовь моя, я не могу к тебе пробиться».
«И нечего тебе тут делать! – психанула я ещё и на дракона. – Иди, ещё за кем-нибудь по всему миру побегай и лапшу на уши повешай!»
«Ася, – почти укоризненное, – бегать по всему миру пришлось только за тобой одной».
«Про лапшу ты ничего не сказал», – мрачно резюмировала я.
«Давай мы с тобой чуть позже это обсудим», – подавив тяжёлый вздох, с нажимом сказал генерал.
«С чего бы? – я злилась всё сильнее. – Опять ты один принимаешь решения. Я вот хочу обсудить это прямо сейчас. Может, я после этого разговора и выходить к тебе не захочу».
«Глупости не говори!», – рыкнули на меня.
«Ты мне ещё поуказывай!»
«Я тебя сам прибью!»
«Вот мы и до угроз докатились, – злорадно постановила я. – Абьюз во всей красе!»
Промолчал, но я как наяву слышала его злое сопение. Что, не нравится? Мне тоже много чего не нравится!
На этой крайне безрадостной ноте Бездна устала ждать, пока я использую так необходимую ей Силу – и потянула её сама.
Глава 60
«Бей», – приказал мне Байон.
И я ударила чистейшей энергией, вот только не по магическому пролому, а по моему дракону через нашу связь.
Там, за пределами чёрного вихря, даже не пошатнувшийся генерал перенаправил поток энергии и стал снаружи воздействовать на пролом. Я брала Силу напрямую у Бездны, передавала её Байону и он закрывал разрыв той же энергией, что его породила.
Земля задрожала, воздуха мучительно не хватало, грани вихря стали размываться и замедляться, а связь с Бездной стала ослабевать.
«Отпускай», – распорядился мой дракон.
И я оторвала ладони от земли, разрывая контакт с чужеродной магией.
Последние секунды, и Байон использовал на финальный этап то, что было внутри меня. Всю ту Силу, что подлостью вложила в меня Азра и которая должна была гарантированно меня убить. Байон забрал всё до капли и ни крохой больше.
Взрыв!
Меня оглушило грохотом, ослепило белоснежной вспышкой и швырнуло куда-то в сторону. И валяться бы мне в болоте сломанной куклой, но Байродон не позволил.
Он с лёгкостью поймал меня где-то там, за пределами уже разрушенной воронки, бережно сжал в объятиях и рванул наверх. Короткий головокружительный полёт, и в следующий миг я уже лежала на громадной спине уверенно и стремительно поднимающегося в небеса дракона.
А там, внизу, со скрежетом и стоном уходило под землю всё болото. Радиус поражения изумлял.
Но эти мысли мелькнули где-то там и пропали, а всё моё внимание переключилось на внутренние ощущения.
Ледяная пустота жгла под рёбрами. Словно из меня вытащили все внутренности и залили всё жидким азотом. Я не могла глубоко дышать. Я не могла шевелиться. Каждый крохотный жест отзывался адской болью.
«Это выгорание», – мысленно сообщил Байон, быстро унося меня прочь.
Что ж, кажется, я поняла, почему потеря магии называется именно выгоранием – я горела изнутри. Каждая клеточка.
Волна тепла мягко окутала с головы до ног, расслабляя мышцы и унося боль. Часть, ещё часть, ещё, пока я не смогла свободно дышать.
Забирая мою боль, Байон не предвидел лишь одного – обморок накатил резко и неотвратимо.
* * *
Меня осторожно приподняли, удержали в сидячем положении, поднесли стакан к губам и позволили жадно напиться, после чего вновь аккуратно уложили и укрыли по самую шею.
И мне не нужно было открывать тяжёлых век, чтобы знать, кто это был.
– Отдыхай, – вслух шепнул Байон.
Голос его звучал неважно. Хриплый, уставший, безжизненный какой-то.
Несмотря на то, что очень хотелось спать, я заставила себя приподнять веки и сквозь муть в голове взглянула на своего дракона.
Байон осунулся, черты лица заострились, под глазами залегли глубокие тени. Кажется, глаза тоже потемнели и утратили блеск.
Он выглядел так, будто не спал неделю.
И что-то мне подсказывает...