– Всё это время ты думал, что я – это она, – я даже не спрашивала у Байона, я говорила уверенно и немного зло.

Злилась я не на него. Даже не на себя.

Азра – вот причина моих бед.

Он выдержал мой взгляд и справедливо отметил:

– У меня были все причины так считать.

– Нет, не было.

Я решительно оттолкнулась от него, закуталась в одеяло и поднялась прямо на постели, чтобы сойти на пол и отойти от дракона на приличное расстояние.

Большое окно в его спальне меня очень заинтересовало. Там даже была стеклянная дверь на балкон, полностью выполненный из затемнённого стекла.

Не спрашивая разрешения, я вышла из комнаты и подошла к панорамному окну.

Не знаю, где мы находились, но отсюда открывался изумительный вид на огромный город.

Мы были очень, очень, очень высоко. Мне сложно оценивать, но это был этаж пятидесятый, не меньше!

Незнакомый мне город был, как на ладони.

Я видела далеко внизу нити горящих жёлтых уличных фонарей. Углы и крыши каменных зданий подсвечивались красным и синим. Люди с такого расстояния казались точками.

Зато здесь, высоко в небе, по только им понятным маршрутам летали драконы, крылатые кони и даже кареты.

Я видела остроконечные башни, несколько больших зданий с куполообразной крышей, даже что-то, похожее на громадную стеклянную теплицу с лунно-голубой подсветкой внутри.

– Это Мирнадор, столица Эвельна, – раздался надо мной негромкий голос Байона. – Мы в столичном гарнизоне. На нижних этажах живёт человеческая стража, выше маги, верхние занимаем мы.

Я сразу поняла, что говоря «мы» он имел в виду драконов.

– Отсюда не видно императорский дворец. Но, если хочешь, я мог бы показать тебе город.

Я хотела. Вот честно. Всей душой. Я столько слышала про столицу, а увидела её впервые.

Возможно, это был последний раз, когда я была в этом красивом городе.

И мне сложно представить, с кем я могла бы быть в большей безопасности, чем с Байоном.

Мне очень хотелось погулять с ним по бесконечным улочкам, ни о чём не думая, но...

– Ты не должен был просто обвинять меня, даже не пытаясь разобраться, – сказала я, разглядывая город.

– Не должен был, – после недолгой паузы с трудом глухим голосом признал дракон. – Я совершил непростительную ошибку, которая едва не стоило тебе жизни.

Возможно, тебе тоже.

Меня так и дёргало сказать это вслух, но я молчала, прикусив кончик языка.

– Прости меня.

Было слышно, что Байон не привык произносить эти слова. Они дались ему тяжело. Наверно, ему больше не нравился сам факт допущенной им ошибки.

Если чуть-чуть смягчиться и посмотреть на ситуацию под немного другим углом, то я где-то даже могла понять дракона.

Он, очевидно, очаровался мной и позволил мне активировать магию. Буквально на его глазах мизерная сила многократно увеличилась в размерах. Как он сам говорил, магия хлынула ко мне из схронов.

Он этого не ожидал и не предугадал – первый промах.

Столько силы – он тут же заподозрил самый худший из возможных вариантов.

Пытаясь исправить собственную ошибку и стремясь обезопасить мир от, возможно, полоумной ведьмы, он бросил все силы на мои поиски.

Ему просто некогда было задаваться вопросами и сомневаться. Слишком много жизней стояло на кону. Слишком большие последствия могли быть у его ошибки. Он не мог допустить ещё одной.

Если так рассуждать, то я могла его понять...

Но мне совершенно не хотелось этого делать.

Я чувствовала глубокую обиду на него.

Я же пыталась объяснить! Я намекала словами и действиями. Он должен был заподозрить неладное! Но он даже не попытался. Он просто сделал вид, что ничего не заметил.

– Ты позволишь мне искупить вину? – его негромкий, мягко вибрирующий голос оказывал умиротворяющий эффект.

Осторожно, не желая спугнуть или навредить, дракон приблизился вплотную ко мне и обнял меня со спины, положив горячие ладони мне на талию прямо поверх одеяла, в которое я продолжала укутываться.

Никак не реагируя ни на его тон, ни на его действия, я спокойно спросила:

– Когда я смогу покинуть это место?

И дракон окаменел.

Это звучало яснее всяких слов.

Я с трудом сдержала горькую усмешку.

– Я не могу тебя отпустить, – тихо, но без какого-либо сожаления или чувства вины произнёс он. – Это слишком опасно.

– Для кого? – с вызовом спросила я, не пытаясь вырваться из его стальных объятий.

– Для всех, – последовал мгновенный уверенный ответ.

– Плевать мне на всех, – мрачно бросила я.