— Нет, — серьезно отвечает Дарио, с нежностью смотря на Изольду — Но браки по расчёту – обычное дело. Наследницы часто сами хотят упрочить дело родителей и спокойно вступают в союз с перспективными купцами. Однако, если кто-то из молодых людей против, брак, скорее всего, не состоится.

Дарио разводит руками.

— Дарио, а тебе предлагали брак? — как только я задаю этот вопрос Изольда замирает и внимательно смотрит на него.

— Пару раз бывало — он мягко улыбается — Всё-таки я занимаю довольно высокое место в гильдии. Многие хотели бы упрочить своё положение столь удачным союзом. Но…

Дарио замолкает, а Изольда почти начинает подпрыгивать от нетерпения. Он медленно переводит взгляд на нее и не спеша продолжает.

— Но мои взгляды довольно традиционны. Я бы хотел, чтобы союз был построен на любви и близости в первую очередь. До этого момента я не встречал подходящей девушки.

Изольда вспыхивает, нервно поглаживая чашку. Я не могу сдержать улыбки. Но решаю разрушить романтическую паузу своей просьбой.

— Дарио, у тебя случайно нет чистой колоды карт? Незапятнанной ничьими ловкими пальцами?

Он удивлённо моргает, но кивает.

— Есть. Я редко отправляюсь в путь без колоды.

Он достаёт из кармана сюртука карты с изображением морских тварей на рубашках.

— Одолжишь? Ты ведь задержишься на пару дней в резиденции?

— Бери, можешь не возвращать — Дарио подталкивает колоду ко мне.

Карты плотные, новые, пахнут типографской краской. Мне очень приятно держать их в руках.

— Спасибо.

Изольда смотрит на меня внимательнее, чем обычно.

— Ты выглядишь… задумчиво, — произносит она тихо. — Всё в порядке?

Я автоматически киваю. Но вдруг понимаю, что нет. Не совсем.

— Скажите… — слова вырываются сами, — вам не кажется странным… всё это?

— Отбор? — уточняет Дарио.

— Нет. Я.

Они переглядываются.

— Что ты имеешь в виду? — осторожно спрашивает Изольда.

Я медлю. Сказать правду я, конечно, не могу. Но мысль, которая последние дни скребётся где-то на краю сознания, вдруг становится громче. Если я здесь, то где тогда настоящая Мариэт? Почему её воспоминания есть, а её самой нет? Почему всё идёт так, будто меня кто-то мягко, но настойчиво толкает в центр событий? Почему уйти не получается?

— Иногда мне кажется, — медленно произношу я, — что я живу чужую жизнь.

За столом повисает тишина.

— Мы все живём чужими ожиданиями, — наконец мягко говорит Изольда. — Особенно здесь.

— Это не совсем то, — шепчу я.

Но дальше не продолжаю. Жалею, что признание вырвалось, хоть его и не поняли. Сжимаю карты в пальцах. Может быть, я просто накручиваю себя. Но ощущение, что всё это ведёт к чему-то, меня не отпускает. И настойчивый интерес герцога только все усугубляет.

Я сижу еще немного в приятной компании, а потом коротко попрощавшись отправляюсь в библиотеку. Может там стоит поискать что-то связанное с моей ситуацией. Ну а что, а вдруг.

Библиотека встречает меня тишиной. Не той лёгкой, уютной тишиной, которая располагает к чтению, а глубокой, плотной – словно воздух здесь гуще, чем в остальной части резиденции. Высокие стеллажи уходят под самый потолок, узкие окна пропускают приглушённый свет, в лучах кружатся пылинки.

Я останавливаюсь посреди зала и задумываюсь. В прошлой жизни мне, как литературному редактору, приходилось перелопачивать тонны самого разного текста – от гениального до чудовищного. И, конечно, среди этого вороха нет-нет, да и попадались книги о переселении душ, одержимости, реинкарнации и прочих способах испортить человеку биографию. Начинаю идти вдоль рядов полок, постукивая по корешкам книг.

Какие вообще могут быть предпосылки для переселения душ. Вариант первый: страшный темный кровавый ритуал. Вариант второй: непререкаемая воля небожителей. Вариант третий: банальная реинкарнация. Буду рассматривать каждый по порядку.

Итак. Допустим, я жертва некоего зловещего ритуала. Неясно, кому это понадобилось и зачем, но эти мелочи мы пока отложим в сторону. В целом, сейчас мало что ясно – загадкой больше, загадкой меньше, разницы нет. Я быстро двигаюсь вдоль полок, выискивая книги с тревожно выглядящими корешками. В идеале – в чёрной коже, с серебряными символами и дурной репутацией. Из памяти Мариэт я могу извлечь: тёмные маги здесь действительно существуют. Но «тёмный» в этом мире совсем не значит «злой» или «злонамеренный». Всё упирается в источник силы.