Я и правда ничего не слышала о конкурсе лучших алхимических заведений города, мало того, мне вообще не до того, чтобы участвовать в чем-то подобном. Но коли уж сам Артанис Ангрэм так сильно не хочет, чтобы моя персона присутствовала на этом состязании, значит выбора у меня не так уж и много. Поэтому я нацепляю самую коварную из имеющихся в моем арсенале улыбок и едко заявляю.

— Раз ты так боишься, что «Ядовитый плющ» может тебе помешать, значит я абсолютно точно буду участвовать!

Маг приближается ко мне еще ближе, кажется, одно мгновение и наши носы просто расплющатся друг о дружку. И я даже не вижу, а можно сказать чувствую его недовольный оскал.

Странная ситуация. Ведь кроме злости в этом дико раздражающем меня типе я чувствую и что-то еще. Что-то не совсем типичное. Или, даже правильнее сказать — совсем нетипичное. Или мне только кажется?

И тут в эту секунду…

— Так-так-так… — доносится до нас, заставляя обоих резко повернуться на звук.

И снова передо мной стоит Адертад. Красивый, суровый и холодный, как будто только что из морозилки. Эдакое мороженое, сладкое, но от которого сводит зубы. А сзади маячит вполне разгоряченный Тони, смятенный и несколько взъерошенный. Что, учитывая ситуацию, вполне объяснимо.

— Могу я узнать, что здесь происходит? — спрашивает эльф весьма тяжелым тоном.

Не удивительно, что он считается одним из лучших инспекторов-дознавателей в городе. Стоит Ар-Фэйниэль в легкой полутени, однако складывается полное ощущение, что он светит фонарем нам в лицо. Внутри помимо воли тут же пробегается что-то тревожное, как неосознанное предзнаменование беды. Что ж, весьма эффектно, ничего не скажешь. И, вероятно, эффективно, потому что отчего-то сразу же хочется признаться во всех своих грехах.

Но жучару Артаниса Ангрэма так просто не возьмешь!

— Нет, — вызывающе откликается волшебник. — Какое вам дело до совершенно обыденной встречи двух давних знакомых?

Э, как красиво завернул! Давними знакомыми нас еще никто не называл.

— Обыденной встречи? — интересуется Адэртад и указывает на волка. — Этот человек уверяет, что вы похитили мисс Незабудку.

— Похитил? — кривится Артанис. — Вы серьезно доверяете суждениям оборотня?

— Эй, что это значит⁈ — отзывается тот, вызывающе распрямляя грудь.

— Мы всего лишь обсуждали кое-какие планы, — продолжает тем временем маг таким тоном, словно вовсе и не видит весьма возмущенного Тони прямо перед собой.

— То есть вы не применяли никаких запрещенных средств, чтобы обезвредить охрану?

— Я? Запрещенных средств? — Ангрэм и правда выглядит как сама невинность. Несите награду за лучшую мужскую роль! — Вы о чем, инспектор? Я никогда бы не опустился до подобных методов. Возможно, все дело в том, что я прервал весьма пикантную сцену между госпожой Незабудкой и этим, — Артанис морщится, наконец-то обращая свое внимание на оборотня. — Субъектом. И тот, в связи со своей, скажем так, неуправляемой натурой, просто немного приукрасил ситуацию?

Вот же гад! Решил переиначить все так, чтобы перенаправить фокус внимания с себя на других. Умно, надо признать, но подловато. Вполне в его стиле. Я открываю рот, собираясь возмутиться, но Адэртад опережает, переводя на меня весьма говорящий взгляд, отчего я тут же прикрываю его обратно и лишь неуверенно сглатываю.

— Пикантную встречу? — еще холоднее интересуется эльф, а его зрачки буквально пытаются вгрызться в меня.

Эй, инспектор, какого дьявола ты поддаешься на эту провокацию?

— Ну, знаете, эта звериная сущность, — продолжает тем временем волшебник, видимо чувствуя, что попал туда, куда требуется. — И фейская необузданная потребность…

Какая еще необузданная потребность, мать твою⁈ Да я в Кэлэрдайне уже кучу времени и до недавних событий держала настоящий целибат! Снова открываю рот, но Ангрэм уже вовсю продолжает свою красиво поданную ересь.

— Любой обычный нормальный мужчина будет недоволен таким развитием ситуации, а уж волк-то и подавно…

— Вы хотите сказать, что…

— Я хочу сказать, инспектор, что в моих планах не было никакого преступного начала. Я всего лишь собирался поговорить с мисс Незабудкой.

— Это правда?

Я растеряно киваю. Странно, обычно я за словом в карман не лезу, но сейчас все мои угрозы по поводу того, чтобы составить смачненький такой донос на этого бесячего типа, куда-то растворились, как не было.

И вообще что-то я в этой донельзя порочащей меня ситуации как-то слишком малоактивна. Уж не это ли пуританское платье делает меня такой робкой? Может на нем какое-то заклятье? Ну не знаю, заклинание «послушная жена», или что там просят у этого магического светоча его клиенты? Можно было бы, конечно, грешить и на крендель, да ведь я не попробовала от него ни крошки… Да что ж такое, даже сейчас эта чертова выпечка из головы не идет! Надо срочно чем-то перекусить…

— Ну, и так как мы с ней все обсудили… — волшебник поворачивается ко мне. — Мы все с тобой обсудили, Эйн? — спрашивает он таким голосом, словно говорит: «Даю тебе последний шанс отказаться!»