— А то ты у нас прямо открытая книга! — продолжаю, выразительно глядя на него.

Оборотень снова делает шаг ко мне, а затем каким-то невероятным образом срывает с себя рубашку одной рукой. Красиво и чертовски умело. Словно помимо основной работы он еще подрабатывает в клубах для дамочек, потрясывая там мускулами. Наверняка, он бы там пользовался бешеным спросом. Уже вижу, как почтенные матроны визжат от восторга, когда тот проводит широкой ладонью по рифленому телу, обмазанному маслом. А вокруг светомузыка, блестки… Так, что-то меня понесло…

— Я — вот, — указывает тем временем мой друг на себя. — Какой есть — весь перед тобой.

Страненько. Хоть и секси, безусловно.

Ошарашенно оглядываю все его восемь кубиков. Хотя у него их как будто шестнадцать. Или у меня уже от шока просто в глазах двоится?

Тони хорош, как на картинке, и даже слегка излишняя волосатость ему к лицу. Точнее не к лицу, а к другим частям тела, но это уже никому не нужная буквальность. И все-таки как бы ладно он был не сложен, его тело не вызывает такого же озноба. А жаль…

— Слушай… — начинаю я, но оборотень меня обрывает, снова делая шаг навстречу.

— Нет, Эйн! — его голос как рык, только он не пугает, а наоборот слегка завораживает.

Это настолько неожиданно, что все, что я успеваю сделать — судорожно сглотнуть, когда эта разгоряченная масса закрывает собой практически все вокруг, а еще неуверенно выставить вперед руку, как щит. Как будто я вообще способна ему противостоять. Волк и бабочка, ха-ха…

Моя ладонь упрямо упирается в выемку между мускулами груди, и я вздрагиваю от неожиданного жара его кожи. Да этот человек словно сам огонь! И, кажется, мне уже начинает передаваться это пламя…

— Кхм-кхм, — доносится вдруг откуда-то сбоку, заставляя меня буквально подпрыгнуть. — Я гляжу вы тут время не теряете?

Если вы думаете это тот, о ком был наш разговор, то фигушки, Адертадом здесь и не пахнет. Ко мне пожаловал сам великий магистр заклинаний и ужасный повелитель шелковых рубашек с кружавчиками. Только вот — зачем? И еще интереснее — как? Или стражники мою лавку только от обычных персонажей защищают, а главных подозреваемых не трогают?

— Что ты тут делаешь⁈ — восклицаю я несколько визгливо.

Хотелось бы быть более сдержанной, но ситуация такая неоднозначная, что мне простительно.

В голове тут же пролетает тысяча различных вариантов. И в большинстве из них волшебник пришел закончить то, что его подручным не удалось. Так что даже не дождавшись ответа на свой вопрос, я кидаюсь к одной из бомб, которые изготовила буквально только что. Причем именно для Артаниса Ангрэма личной персоной. Не думала, что воспользуюсь ими настолько скоро и, боюсь, они несколько сыроваты, но сейчас не время для придирок.

Тони тоже не считает данный визит чем-то обыденным, потому что тут же распрямляется во весь рост, принимая несколько вызывающую позу. Ну как, знаете, некоторые особи из дикой природы, чтобы выглядеть еще внушительнее. У мужчин вообще есть такой грешок, а у мужчин с переизбытком тестостерона это совсем не лечится. Хорошо хоть шерсть на теле дыбом не становится, и на том спасибо. Хотя, возможно, сейчас излишняя волосатость бы и не помешала. А также когти, зубы и звериный рык.

Ну а мой милый Шикси, до этого спокойно сидевший на столе, изгибается дугой и начинает злобно шипеть. Волшебника он не любит еще больше, чем господина Кримблембота или Фроста. И, наверняка, не прочь вонзить свои острые зубки в какую-нибудь из особо холеных частей его тела.

— Какая теплая встреча! — ехидно улыбается Артанис Ангрэм, обводя нашу компанию взглядом.

— Как ты прошел мимо охраны?

— Охраны? — притворно удивленно интересуется маг и тут же делает вид, словно догадался. — А, погоди, ты о тех двух неудачниках, которые дежурят у входа в эту жалкую лачугу, именуемую лавкой?

Я нарочито кривлюсь, в свою очередь делая вид, что его ирония меня нисколько не трогает. Но вообще-то на самом деле, и сама понимаю что ни Дженкинс, ни Тул на роль Кевина Костнера не тянут. Так что вряд ли можно рассчитывать, что мимо такой охраны и муха не пролетит. Но волшебник так-то весьма жирноватая муха. Как можно было его не заметить⁈

— Надеюсь, ты не думаешь, что подобное препятствие для меня… — Артанис хмурится, пытаясь подобрать правильное слово. — Препятствие?

Ага, не удалось! Победоносно хмыкаю, тут же вызывая в нем пусть и короткую, но весьма очевидную вспышку гнева. Возможно, это лишнее в моем положении, но пусть знает, что эта оплошность не прошла незамеченной.

— И что тебе нужно в моей, как ты выразился, лачуге? — интересуюсь я, а сама пытаюсь незаметно протереть повлажневшую от нервов ладонь, в которой судорожно сжимаю свое творение.

— Я думал, у тебя открыто для всех посетителей, — пожимает плечами тот.