Ууух, от этой мысли по моему в основной массе оголенному телу пробегает легкий ток, заставляя встрепенуться. Я не виновата, что эта наглая морда вызывает во мне такую реакцию. Честное слово, моя бы воля, и я вовсе на него не посмотрела. Но это получается само собой. Будто связь, которую не видно, но которую ощущаешь всем телом. И бесит и будоражит одновременно. Но больше бесит. Наверное…

Кстати пора бы заканчивать расхаживать по лавке в виде девиц из фильмов после полуночи. Не хватало, чтобы бывший босс в своих «шуточках» перекинулся с эльфа на меня. Если того его положение не смущает, то меня все-таки немного. Пускай я и фея в каком-то роде, но сверкать голой жо… телесами перед Крибсоном Боргхом у меня нет никакого желания.

Так что я ненадолго исчезаю, но эти двое так увлечены разговором, что вряд ли вообще заметили мое отсутствие. К тому же видимо это «по порядку» началось с такой дали, что когда я возвращаюсь, снова вполне прилично (по фейским меркам, разумеется) одетая, оказывается, что ничего супер важного я не пропустила.

— Я не хотел быть завязан в этом, — говорит орк. — Одно дело рэкет или грабежи, но «фейское наслаждение»… это плохая штука.

Ну да, подумаешь рэкет и грабежи! Ой, бандиты такие бандиты, конечно! И все-таки я понимаю, о чем он. Ничего хорошего от этого вещества не жди.

— И тогда мы решили, что нужно валить. Я и Никмус. Мы забрали кристалл превращений, чтобы Топор не мог больше создавать это. Нам нужно было скрыться и побыстрее, но у Топора везде уши и глаза. Иллюзии слишком недолгие и дорогие, а нам нужно было что-то, чтобы спрятало нас на достаточно большой срок. Настолько надолго, чтобы «Союз» перестал искать. И тогда мы решили воспользоваться им…

Орк указывает на камень, лежащий перед ним на столе.

— Мы знали, что его нельзя использовать на живых объектах. Также как и на смесях, вроде эликсиров и мазей. Ведь органика разных материалов, смешанная воедино, изменяя свою структуру, может дать совершенно неожиданный результат. Но у нас не было выбора, а из зол обычно выбирают меньшее. И тогда мы все-таки решили попробовать изменить сущность не вещества, а целой готовой субстанции…

— Вы изменили зелье превращений! — догадываюсь я. — Сделали что-то, что может изменить внешность на долгое время?

Да, зелья превращений итак существуют, но только действуют они крайне нестабильно и очень короткое время. Короче настолько фигово, что проблем от них гораздо больше, чем пользы, так что этой дрянью даже мошенники не пользуются, обходясь чем-нибудь более проверенным. Но что если довести такое средство до ума? Оно могло бы помочь решить многие проблемы…

Крибсон Боргх смотрит на меня с легкой гордостью, как учитель, который глядит на ученика, добившегося в его предмете определенных высот, и кивает.

— Именно. Мы применили кристалл на зелье, и оно действительно сработало. Только сработало немного не так…

А с этого места, пожалуйста, поподробнее! Должен был сказать Адэртад, но он заинтересовано молчит, ожидая продолжения. Я тоже настолько заинтригована, что мои порывы воскликнуть что-то визгливым голосом временно прекратились.

Крибсон Боргх глядит на нас каким-то странным взглядом, то ли делая драматическую паузу, то ли и сам вспоминая что-то душещипательное. Вот странно, никогда не замечала за ним особых театральных талантов, да и вообще орки, знаете ли, искусствами обычно не увлекаются. Но тут прям хоть статуэтку тащи, оттого внутри все настороженно сжимается.

Наконец зеленокожий вздыхает.

— Я вообще-то так-то не совсем орк… — говорит он с легкой, но грустной усмешкой.

Что⁈ Так и знала!!! Нет, на самом деле я, конечно, преувеличиваю, ничего такого я не знала. Даже подумать не могла. Но, если честно, я не раз замечала в повадках старого босса что-то не то. В смысле что-то нетипичное…

Не то, чтобы я какая-то расистка, и вполне предполагаю, что и среди этих мускулистых громил наверняка есть светочи науки, однако, все-таки в большинстве своем орки талантами не блистают. Да, они далеко не всегда только стражники и бандиты, и даже зеленокожие продавцы встречаются не настолько уж и редко, чтобы это было дико странно. Но Крибсон Боргх был вовсе не обычным продавцом. И его алхимические способности ерундой на постном масле не назовешь. Особенно учитывая тот факт, что он умудрился сделать никому не известный «Ядовитый плющ» главным конкурентом магического магазина самого его превосходейшества Артаниса Ангрэма.

В общем, отчего-то это признание не звучит для меня, как шок или сенсация. Как будто я чувствовала это нутром, просто никогда не задумывалась об этом.

— И кто же вы? — спрашивает Адэртад твердо и сухо.