— Отстань, — вскидываюсь я.

— Эйн…

— Отстань, говорю! — щеки мои пылают, а сердце что-то ускорилось в несколько раз.

Мысль о том, что кто-то знает о том, что было у нас с Адэртадом тревожно колотится о стенки мозга, вызывая картинки, о которых в приличном обществе не говорят.

— Я тебе не отец и не брат, чтобы…

— Вот именно, — обрываю я. — Ты мне не отец и не брат! И откуда вообще эта заинтересованность моей личной жизнью⁈

Мужчина вздыхает.

— Я вроде бы ничего не говорю тебе о твоей этой… — необъяснимое волнение душит, заставляя срываться и брать новый вдох. — Как ее… дамочке…

— Дамочке? — Тони изгибает бровь.

— Не знаю, кто она там… — и когда он собирается ответить, снова обрываю. — И знать не хочу! Я — твой клиент, ты — мой поставщик, и в любовные дела друг друга никто не лезет, верно?

Волк делает ко мне пару шагов, заставляя неосознанно пятиться назад.

— Правда? — спрашивает он дико странным голосом.

— П… правда, — отвечаю я, но выходит что-то уж совсем неуверенно.

И тогда мужчина наклоняется нестерпимо близко, так близко, как мы еще никогда не были, и, глядя мне прямо в глаза, повторяет.

— Правда?

Господи, Тони! Ну, ты же мог завести этот разговор уже тысячу раз. Ну, или хотя бы неделю назад! Но нет, тебе приспичило сделать это, когда в моей жизни все так все запутано, словно с нитями судьбы десять котиков поиграло. Причем парочка — особо усердно.

А я что-то не готова к подобным сложностям.

— И что ты пытаешь мне сказать? — собираюсь с силами и становлюсь жесткой.

Вообще, я только на вид достаточно крепкая. В плане нервной системы. А так могу и над книжкой пореветь и из-за бездомного котика расстроиться. И то, что решаю я большинство своих проблем очередным коктейлем собственного приготовления, а не упадочным настроением, еще не делает меня этакой сильной и независимой. Иногда до жути хочется свернуться калачиком да нарыдать пару тазов. Кстати, на засолку бы хорошо пошло, у меня как раз листья актиньи простаивают.

Но иногда, в особо критические моменты, на меня словно что-то находит. И тогда во мне просыпаются внутренние демоны. А их уже слезливыми историями или щенячьими глазками не разжалобишь. Как и романтическими флюидами.

Тони хорошо чувствует атмосферу, а потому сразу улавливает мой воинственный настрой, и слегка отдаляется, чтобы не нагнетать. Но не настолько, чтобы совсем отойти в сторону. Да и отступать он, похоже, не намерен.

— Эйн, — говорит он вкрадчиво. — Я не хочу лезть, но этот инспектор… о нем ходят не очень хорошие слухи…

— А, по-моему, ты вовсю уже лезешь! — все еще недовольно бурчу, но тема это весьма животрепещущая, так что я тут же переспрашиваю. — Какие еще слухи?

— Ну, о женщинах… Такой видный служитель закона, с послужным списком и регалиями… А до сих пор так и не обзавелся женой. И даже постоянной дамы сердца не имеет.

— Пффф! И что⁈ Всем что ли тут же жениться? И вообще, — я прищуриваюсь. — Ты на что это мне намекаешь⁈ А⁈

Волк молчит.

— Хочешь сказать он того-этого? — подозрительно интересуюсь. — Как там… типа волк в овечьей шкуре?

— В смысле? — лицо собеседника выдает искреннее недопонимание.

Ладно, согласна, аллюзия не совсем правильная. А рядом с настоящим оборотнем еще и сбивающая с толку. Так что перефразирую.

— Ну типа, знаешь, как говорят… не за ту команду играет?

Тони снова непонимающе хмурится.

— Ну, — я пытаюсь показать знаками, однако выходит слишком глупо, так что вколачиваю сразу с места в карьер. — Голубок?

— Причем тут вообще эта птица?

Господи, ну ты и остолоп, конечно! В Кэлэрдайне, видимо какие-то другие определения. А я в этой теме ни бум-бум.

— А, — отмахиваюсь. — Забыли, не обращай внимания…

Однако, в голове тут же проносятся все жаркие взгляды эльфа и тот поцелуй, от которого по телу бегали невообразимые разряды. Ну нет же. Нет! Адэртад явно умеет обращаться с женщинами. И вряд ли делает это без отдачи… Так что уверена на все сто, эти намеки ничего конкретного под собой не имеют.

— Я только говорю, что у нашего дорогого инспектора определенно есть какие-то секреты… — продолжает тем временем мой товарищ.

Сдаваться он, видимо, не собирается. И не могу сказать, что меня радует эта неожиданная настойчивость.

— У всех есть какие-то секреты, — парирую причем весьма вызывающе.

Я вот вообще не из этого мира — и что? Мне теперь удавиться, или как?

К тому же что-то не помню, чтобы Тони и сам спешил рассказать о себе всю подноготную. Мы знакомы достаточно долгое время, но что я, по сути, знаю о своем поставщике⁈ Мне даже такие элементарные вещи, как дата его дня рождения не известны.