Так, и как это понимать? За последний вечер это случилось уже трижды. И каждый раз после всего я даю себе обещание, что на сей раз этот — последний. Походу мне надо какие-то курсы пройти. Ну не знаю по выработке силы воли, или что там тренируют в подобных случаях?

Совершенно не могу понять, в чем, собственно, дело. Да, эльф хорош настолько, что от него буквально ноги подкашиваются, но я никогда не замечала за собой склонности падать в мужские объятия из-за томных взглядов или слишком красивого торса. Торс, кстати, у Ар-Фэйниэля и правда шикарный. Я подозревала, или даже правильнее — представляла, но воочию это даже еще лучше. Глаз не оторвать. Прямо так и просится на обложку журнала «Горячие эльфы Кэлэрдайна. Май месяц».

Хм… а надо подумать о выпуске подобного, наверняка срублю кучу бабла… А то тут преступно мало печатного, нет даже никакого журнальчика «Швейное дело» или «Вкусная таверна», и разумеется и речи не идет о «ПлэйФей» или «Дамский угодник». Кстати, отличное название «Дамский угодник», прямо таки вижу, как местные целомудренные матроны краснеют и возмущаются, а сами втихаря перелистывают странички с оголенными оборотнями или нагами.

Так, что-то меня понесло. Сначала бы разобраться с одним красавчиком…

Хорошенькая история, надо признать, тоже прямо просится на первую полосу. Уважаемый инспектор по особо важным вопросам и подозреваемая в убийстве попаданка из другого мира, держащая сомнительную лавку. Кому рассказать — и не поверят. Вряд ли за всю свою жизнь Адэртад хоть раз был так близок к опорочиванию своей блестящей репутации. Ведь не умей он настолько держать себя в руках, об этом, наверное, уже такиииие слухи ходили…

Стоп. Вообще-то, если задуматься…

Я хмурюсь и пытаюсь оторваться от эльфа, который держит меня в своих объятиях. Делать это все труднее с каждой минутой, кажется, что единственное, что мне хочется, это соединиться с ним снова и остаться так навсегда. И потребность в этом лишь растет и растет… Как настоящее наваждение…

Наваждение! Точно! Кажется, я начинаю понимать в чем, собственно, дело…

Окрыленная внезапной догадкой, практически вскакиваю и хватаю комок ткани, весьма нелюбезно скомканного мной платья Артаниса Ангрэма. Я начинаю судорожно перебирать его в руках, выискивая что-то, что могло бы объяснить странное поведение нас обоих.

Инспектор снова оказывается рядом, и его жаркая ладонь ложится на мой позвоночник, медленно продвигаясь по нему вниз. От прикосновения, мое тело пронзает дрожь, и все внутри жаждет лишь того, чтобы он продолжал.

— Незабудка… — мурлычет он мне в ухо своим красивым хриплым голосом, пробирающим до самых затаенных в глубине фантазий.

Ох, Адэртад, не мешай мне, я и без тебя еле держусь! А с тобой задача и вовсе становится непосильной.

Вот оно! Я чуть ли не вскрикиваю, глядя на одну из многочисленных пуговиц платья. Находка настолько явная, что расползающееся по телу помимо воли желание как будто замирает от шока.

— Вот же сукин сын! — злобно рычу я и дергаю что было мочи, вырывая злосчастную пуговку «с мясом».

Ар-Фэйниэль смотрит на меня с поволокой, ему словно и дела нет до всего этого. Ах, мужики, только одно вам и надо! Так, мне нужен растворитель! И срочно, пока эльф не надумал сделать что-то такое, от чего у меня точно голову снесет. А то с утра нас найдут мертвыми его подчиненные, совершенно истощенных, но чрезвычайно довольных. И хорошо еще, если поза будет более-менее приличная…

— Эйн, — говорит инспектор, хватая меня за руку.

Надо признать, реакция отличная. От тебя прямо не скроешься. Но сейчас такая настойчивость совершенно излишне.

— Да обождите же вы! — вырывается у меня недовольное.

Странное слово, причем здесь оно? Я вовсе не это хотела сказать, а то звучит так, словно я чисто так, попудрить носик и за варенцем… Но да ладно, главное, что сработало, и эльф разжимает пальцы.

— Я не могу ждать, — говорит он глухо, отзываясь внутри меня таким же призывным чувством.

— Можете, — выдыхаю я, пятясь от него как от чумы. — Вы этого не хотите.

— Это единственное, чего я хочу.

— Нет, вы не понимаете, все дело в…

— В том, что я люблю вас!

Господи, Адэртад, ты невыносим даже в виде страстного влюбленного. Совершенно неуместное сейчас признание. Хуже момента и не представить, ей богу! Заносчивый, упрямый… о, вот и растворитель.

— Вы меня не любите, — говорю я, судорожно откручивая крышку.

— Уверяю вас, что никого и никогда так не…

— Вы меня хотите, а это другое.

— Почему, это другое? — эльф смятенно протягивает ко мне руку.

— Поэтому, — отвечаю я, наливая дурно пахнувшую жидкость в первую попавшуюся мне тару.

А затем… Плюх… Пуговичка летит вниз и быстро скрывается в подготовленной для нее водице.

— Эйн, — упрямо повторяет инспектор, делая ко мне вполне решительный шаг.

Останавливаться эльф явно не намерен.