— Ладно, напоминаю всем, — Диего размял шею и плечи, поворачивая голову и встряхивая руками. Затем ухмыльнулся, превращаясь в знакомого мне циничного весельчака. — Гражданских не трогаем. А вот с Павлини поработаем в тесном, я бы сказал, интимном контакте. На месте приму решение — пускаем ему дезу или жестко колем. Ева, не таращи глаза, мы представители закона — это не то, что ты подумала.

Вот же… И тут меня ухитрился поддеть. Я сжала зубы и принялась запоминать новые для себя слова.

Пока добирались в клуб на кан-кане* в моих мыслях крутились задачи на вечер.

Первое — изображаю юную провинциалку, которую городской ловелас, он же Диего, пригласил в клуб. Если Павлини нас вспомнит, для него все будет выглядеть логично. «Соты» славились своей эротической театральной программой, поэтому наивную девицу вполне могли подцепить в «Короне», а на следующий день предложить встретиться в более приватной обстановке. Заманив афишкой, похожей на театральную. А дальше будет и возбуждающая атмосфера, и следом — маленькие комнаты для уединения.

Но, в отличие от «Короны», этот клуб являлся заведением премиум-класса, а значит точно содержал штатного менталиста, проверяющего гостей на входе. И при малейшем подозрении нас просто не пропустят.

Поэтому вторая и не последняя моя задача — если кто-то из нас проявит опасную эмоцию, среагировать и видоизменить ментальное поле. Прикрыть чем-нибудь простеньким товарища или всю компанию.

Парням предстояло поместиться в радиус моего скромного влияния — два метра во все стороны и ни шагом дальше.

Для этого на подходе к «Сотам» вся команда сгрудилась вокруг меня.

С одной стороны Диего обхватил рукой за талию. С другой — шел Вито, без объятий, но все же достаточно близко. А Джок с Бучем двигались прямо перед нами, чтобы я их видела.

Так. Начинаю проверку. Кто и что у нас чувствует.

Вито. От него плыла… ревность. Хм. Вполне пригодно для маскировки. Не удивлюсь, если расчетливый Диего специально его заводит демонстративными объятиями со мной.

Джокович, как всякий вампир, распространял только темный голод и совсем не считывался ментально. Вот за кого не нужно волноваться. Наше самое сильное звено в цепи ментальных проверок.

Фаворра напоказ разливал надменное любопытство, окидывая прохожих изучающим интересом.

И только прямолинейный Буч сеял вокруг себя цепкое, слишком «полицейское» любопытство. Пожалуй, он единственный, кого придется прикрывать эмоционально. С ним одним я легко справлюсь, докажу, что не просто так получила рейтинг лучшей выпускницы. Вдох-Выдох. Никаких щупов, никаких щитов. Все открыто, чтобы не вызвать подозрений.

Перераспределение эмоций — тонкая, ювелирная и далеко не всем удающаяся работа. Мне предстоит действовать очень и очень аккуратно.

Клуб располагался на одной из самых шумных улиц города.

Не помню, чтобы я когда-либо бывала здесь настолько поздно. Днем это место выглядело совсем по-другому. Я помню деловых прохожих, скромных цветочниц с корзинками и мальчишек-разносчиков газет.

А сейчас ярко сияли огни, мигали многочисленные рекламные вывески, в развлекательные заведения входили и выходили броско одетые, громко смеющиеся люди и двуликие.

У входа в сияющий золотом шестиугольный вход клуба «Соты» проверку проходила громкоголосая и донельзя перевозбужденная ватага парней, возглавляемая симпатичным блондином с цветком в петлице. Время от времени его поздравляли, хлопали по плечам и призывали оторваться перед свадьбой.

Ого. Мальчишник!

Девочки из университета много смешного рассказывали о мальчишниках, но, учитывая, что все их впечатления начинались со слов «Выскакиваю я из торта и вижу…», вряд ли эти истории были по-настоящему объективными.

Жениха и товарищей внимательно изучали два типа, с табличками сотрудников клуба на пиджаках. Серокожий амбал, похожий на помесь кого-то из низших фейри. И низенький мужчина в бархатном пиджаке. Он постоянно вытирал потеющий лоб большим белым платком и склонял голову то к правому, то к левому плечу.

Его слабенькие щупы, похожие на паучьи лапки, осторожно притрагивались к подходившим и тут же пугливо отдергивались назад. Менталист.

Кивок. И молодые люди пропущены дальше к мальчишнику своей мечты.

А нас от входа и проверки отделяет только компания из трех парней и двух девиц. Одна из них, эффектная брюнетка с полными алыми губами и кошачьим прищуром зеленых глаз оглянулась при нашем подходе и мгновенно преобразилась, выцепив из всей нашей группы именно Диего.

Скучающий вид сменился манящей томностью, грудь подалась вперед, волшебным образом увеличившись минимум на размер. Маленький носик дернулся, ловя запахи. Оборотница.

— Ой, — сказала она, уронила на мостовую сверкающую бусинами вечернюю сумочку и медленно наклонилась за ней. Демонстрируя под подолом короткого платьица блестящие черные трусики и развитые седалищные мышцы. Или как там они называются.