Эх, вот это я тебе не скажу. Несмотря на все эти умопомрачительные красоты перед глазами. И по чести сказать, не только со мной «что-то не то». Внимательно изучив шрамированное ухо, очутившееся прямо перед моим носом, я попыталась сменить тему:

— Ох, а кто тебя так порезал? В детстве, да?

Не ответив, Диего отлепился от стены, выключил воду, развернулся и отправился по проходу. Демонстрируя милые ямочки прямо над ягодицами. У-у-у. Так нечестно! Они же мне сниться теперь будут!

Он принес мне одежду и, пока я спешно трясущимися руками ее натягивала, по-джентльменски отвернулся. Проклятые ямочки!

— Эй, — крикнул он громко в проход. — Парни, сейчас мимо вас пройдет мой ментал. Не смотреть! — И уже мне, почти зарывшись носом в мокрые волосы. — Иди, загадочная девочка. Народ решит, что я изменил принципам и теперь ты со мной. Даже взглянуть в твою сторону не посмеют. А насчет ушей… Я сам себе их порезал. В детстве, это ты правильно заметила.

На подкашивающихся ногах, растерянная, я отправилась на выход. Смотрела только вперед, прижимая полотенце к груди. Почти физически ощущая вслед тяжелый изучающий взгляд.

Резал себе уши в детстве? Мамочки. Так и знала! Ко всем своим прочим неприятностям я еще и попала под командование маньяка.

Завтракали мы ясным днем. Обычно в это время я зевала на парах в университете или собиралась обедать. Но вариант с поздним подъемом мне нравился больше. Никто не будит, не стаскивает одеяло, не кричит: «Ева! Быстрее! Ты опаздываешь!».

Парни набрали еды на подносы, но почти не ели, зевали, подначивали друг друга и ждали командира, который отправился на отчет к квестору. После вчерашнего я была задумчива и рассеянна.

— Ева, — Джок наклонился ближе, васильковые глаза сверкали любопытством. — Говорят ты в душевой с Диего была.

Я чуть не поперхнулась соком, но постаралась ответить ровно.

— Да, встретились случайно. Я уже выходила, а он помыться пришел.

— Слушай, а зачем ты купалась в мужской душевой?

Я отставила чашку, чтобы не расплескать. Промокнула губы салфеткой.

— В каком смысле — мужской? Она единственная на этаже.

Прежде чем туда зайти я дважды обошла весь корпус и сотрудника какого-то в коридоре спросила: «Есть ли еще отрядные душевые?». Он сказал: «Нет».

Конечно, неприятно обнаружить, что отдельных женских помещений для купания не существует. Но нас и было-то всего двое с Мирабеллой, вряд ли что-то отдельное бы построили.

— У нас в корпусе только одна душевая, общая, — бросил подошедший к столику Диего.

Выглядел он удивительно свежим, и в отличие от нас всех, — в форме. Только верхние две пуговицы кителя расстегнул, открывая воротник тонкой белоснежной сорочки.

— Мирабелла ходит в женский сектор полицейской академии, прямо через двор, — продолжил старший Фаворра, усаживаясь за стол и небрежно забрасывая руку на спинку моего стула. — И дежурный должен был тебе это сказать. После твоего зачисления я провел разъяснительную работу с командирами, объяснил, что ты человек и с тобой нужно аккуратно. Но кто-то из рядовых копперов решил, что шутка будет неопасная и не удержался.

Вчера он видел, что я перепугалась, но насколько — я старательно скрыла. Если Диего еще в первый день всех предупредил, чтобы меня не трогали, он был уверен, что я… изображала перед ним страх, и провоцировала на защиту? Играла с ним и пыталась соблазнить, но для чего?

А меня просто разыграл один из полицейских и, если бы я гордо прошла мимо компании, то никто бы не посмел остановить? Так зря я в душе тряслась или нет? Веселые в казарме шуточки…

— А и правильно, нечего Еве по улице тащиться, — одобрительно прогудел Буч, подсовывая мне булочку. Он явно не понимал о чем сыр-бор. Ну пошла помыться, ну встретила там командира. И что? — Будем все вместе ходить в душ, нечего тебе стесняться. Чего мы там не видели.

— Ничего! — огрызнулась я, выпрямляясь на стуле. — Ничего не видели и не увидите. Даже Мирабелла в академию уходит, хотя и оборотень.

— Мирабелла бегает, чтобы не сорваться, не соблазниться на нескольких из разных отрядов и не спровоцировать потом драки. Ты же не такая. Хочешь, вообще отдельно командой мыться будем?

— Я буду ходить в другой корпус, — сказала я, устав спорить. Неужели он не понимает, что само предложение странно?

Силой воли я укротила желание возмущенно высказаться о вчерашней подставе с купанием. Мне ничего не разъяснили, да, но я их и не спрашивала. Даже к Мирабелле не зашла, а положилась на мнение случайного коппера в коридоре.