Но руки его тверды. Он жестко контролирует происходящее, медленно поднимает, приближая. Окружающие люди, шумы, стены клуба все начинает отдаляться. Я попадаю в патоку ритмичных, одинаковых движений, оборотень то ближе, то дальше. Каждое движение — соблазнение, каждый взгляд — призыв, естественный для оборотней как дыхание.

Наклон, вдох у шеи. Касание языком, обводящим выпирающую косточку. И снова подъем с горячим дыханием у губ. Ладонь на талии опускается совсем немного, но я вспоминаю ночные объятия в комнате Алекса. И слабо ахаю, покачнувшись на дрожащих ногах и почти повисая на оборотне. Срывая свой контроль и утаскивая за собой Диего.

Мелодия летит, мы танцуем. Его правая рука на моем затылке, пальцы жестко фиксируют голову за волосы. Левой он неожиданно мягко поглаживает округлый верх ягодицы. И медленно склоняется с мутнеющим взглядом.

— Хочешь поцелуя? — шепчет он, рассматривая мои губы. — Скажи мне.

Еще немного и дрожащие ноги подведут окончательно, я рухну прямо тут, на затоптанном полу клуба. Хочу ли поцелуя? Да-а-а. Прямо сейчас я изнываю, вспоминая как горячо и сладко он умеет целоваться.

Но старшему Фаворре я не доверяю. Он использует временных любовниц и не строит отношений с подчиненными. Оборотни берут на один раз и играют, им нравится пробовать новых человечек. Перед глазами встает лицо бабушки. Она трясет поднятым вверх пальцем и бормочет:

«Никаких провокаций с оборотнями. Если беда случилась — не убегай, не дразни зверя, громко и твердо повторяй: «НЕТ»».

А если губы отказываются говорить: «Нет»? Если разум забыл это слово?

— П-подожди… Что-то не то с Джоком.

В моем упрямстве не отвечать на вопрос был и страх «подсесть на оборотня», так на студенческом сленге мои однокурсницы называли зависимость от секса с горячими парнями-двуликими, и желание доказать свой профессионализм, и даже опасение, что командир отлично изображает свою роль, а я ведусь как наивная девчонка.

В душе бушевала гремучая смесь сомнений и гордости, заставляя взять себя в руки и не отвечать на провокацию. Дыхание Фаворры в миллиметре от моего уха сбивало с мысли, но я упрямо продолжила.

— Джок. Он почему-то на…

Резкая встряска. Диего тряхнул за плечо, так, что дернулась голова. Ой, что я едва не натворила! От волнения говорила чуть не во весь голос.

Джок-Джокович действительно ощущался странно. Он сменил свое положение и сейчас определялся где-то… над головой. Похоже вампир полз по потолку, через сектор телохранителя, которого мы вовсю отвлекали.

Точнее отвлекали до этого момента. Сейчас его интерес начал притухать, мужчина посмотрел направо-налево, расстегнул пуговицу на пиджаке, мелькнув портупеей. Если поднимет голову и заметит диверсанта на потолке, все наши усилия проследить и подслушать подозреваемого окажутся тщетными.

— Усложняем план, Ева. Сопротивляйся, — вдруг едва слышно мурлыкнул Диего. — Джоку нужно еще время.

И его рука поползла вниз, по-хозяйски охватывая мое нижнее полупопие. Погладила нежно, словно приручая. И, пока я таращила от возмущения глаза и жалобно хватала воздух — пальцы каменно сжались. Дескать, что молчим?! А-а-а!

Надеюсь, вампиру осталось совсем немного времени для завершения задачи. Потому что долго я не продержусь. Интересно, что делал бы Диего, если бы вместо меня прислали толстого парня-менталиста, как они все ожидали? Тоже бы тискал его под музыку?

Почему-то представленная картинка придала задора, и я искренне возмущенно зашипела:

— Я против! Убери руки!

Нет, мало! Получались жалобы, а не сопротивление.

Сжав зубы, я пихнула командира что есть сил, и еще-еще раз, почему-то переходя в барахтанье.

Вызвав интерес не только у телохранителя.

— Эй, ты, отпусти девушку! Я тебе говорю, придурок!

Нас прервал не охранник. Тот жадно ловил мое возмущение и с удовольствием наблюдал за развитием скандала, по-моему, ожидая, что глупенькую девицу вот-вот скрутят в бараний рог и утащат через плечо в какое-нибудь более удобное место для дальнейшего развращения.

Как это не удивительно, «спас» меня один из трех ранее сидевших на диване. К нам быстро приближался крепко сбитый молодой человек с массивной челюстью и глубоко посаженными блестящими черными глазами.

Подойдя к границе между танцующими и зоной отдыха, он зарычал на Диего и качнул головой, призывая охрану.

Грубоватая внешность не мешала ему выглядеть по-мужски привлекательно, а вот его спутницу похожие черты совсем не красили. Сейчас она досадливо морщилась и что-то быстро договаривала ярко одетому мужчине с выбеленными растрепанными волосами и длинным узким носом.

Кажется, своим спектаклем мы помешали переговорам. Если Джок что-то и подслушал, то вряд ли много.