С ним было трое или четверо амбалов, заросших по уши, так что с трудом можно было разобрать — они в человеческой личине или уже в полутрансформации. Один из них развернулся и поспешил вниз по улице. Его фигуру заливал прямой солнечный свет — пока мы общались с психологом ветер разогнал облака. Если они подгонят машину и затащат на заднее сиденье, мне уже никто не поможет.

Из-за моей спины выглянул Джок, спешно допечатывая сообщение в коммуникаторе.

— Немедленно отпустите девушку, сэр.

— А то что? — спросил Крейг. И неуловимо быстрым движением кулака отправил худощавого Джока в полет обратно по коридору. — А ничего. Нам третий не нужен, да, красотка? Хочешь отлично провести со мной время?

Он порыкивал и жадно принюхивался.

— Денег хочешь? Тряпок? Камешков? Пошли, девочка, не обижу.

— Нет!

Я зашипела и рванулась.

С открытыми щитами оборотень ощущался нависающей надо мной тучей вожделения, темной жажды, от которой хотелось бежать, желательно на другой континент.

— Мне не отказывают, — ухмыльнулся он, блеснув резцами. — В клубе ты давала мне знаки и обещала секс, у меня свидетели. Не дури, идешь, не сопротивляясь и через час сама начнешь целовать мне ноги.

Какие еще знаки? Да я тебе в "Короне" и пары слов не сказала!

Проклятье, он говорил это абсолютно убежденно. Резко дернул за руку, стаскивая с крыльца. Среди бела дня меня воровали бандиты и редкие прохожие только старательно отворачивались.

— Ева!

Нечто светлое и неуловимо быстрое мелькнуло сбоку и руку чуть не вывернуло из сустава. Трансформированный Джок своим телом сбил, отшвырнул Крейга, протащив его за собой. Ему тут же врезал один из бандитов. И в другое время получил был в ответ, но мой сокомандник сейчас был отчаянно слаб. Взлетела в воздух и покатилась по мостовой широкополая шляпа, желто-белые волосы, отросшие в боевой личине до пояса, не смогли защитить его лицо. Вампир попал под прямой солнечный свет и закричал, закрываясь руками.

Из двери напротив выскочил Диего и быстро оценил ситуацию.

— Всем стоять! Работает Ночной Отряд Шестого Сектора. Не двигаемся, кому сказал!

— А по хрен, — зарычал Крейг. — Заявляю права двуликого на обещавшую секс человечку! Йохан, тащи ее в тачку, я разберусь с парнями.

Здоровенный качок с мутным взглядом схватил меня за волосы, дернул с силой, от которой полились слезы из глаз, и потащил к приближающейся машине. Что есть сил я ударила его в бок, мужчина не дрогнул, лишь пригнул ниже мою голову.

Перед глазами замелькали камни мостовой, а в солнечном сплетении потяжелело. Нет-нет! Только не это, не прилюдный выход «кузнечика»!

Сзади раздалось свирепое рычание на несколько голосов, женский визг и характерные хлопки выстрелов. Мелькнула пятнистая шкура и в бедро утаскивающего меня бандита вцепился гибкий молодой леопард. Освобожденная, я полетела вперед носом, больно отбивая колени, чуть не вылетев под колеса резко остановившемуся автомобилю.

— Куда, девка!

Открылась дверца, я едва успела отпрянуть, спасая и так начавшее мутиться сознание. За платье на плече схватила рука высунувшегося водителя, подтаскивая меня вперед и вверх. Как флаг в бою, меня перекидывали от одного к другому. Ткань затрещала, разрываясь под острыми когтями.

— Нам с тобой ехать надо, — забормотал он. — Велено тебя увозить.

Стало дико обидно, таскают как мешок с картошкой, а парни в это время сражаются за меня. Если взлечу уровнями, совсем отряд опозорю, кузнечика пригрели и не знали об этом.

Из обиды, страха и злости я свила лассо, петлей, как делал Владимир Трельяк. И накинула петлю на полузвериную измененную морду водителя. Сжала туго, со всей накопившейся злостью.

Хрип. Он забился в испуге, багровея белками выпученных глаз. Лапа на плече разжалась.

— Ты х-хто, дев-в-ка?!

— Я менталист Ночного отряда Шестого сектора. Второго, фее в дышло, уровня! — зашипела я, поднимаясь с поцарапанных колен. — Работаю с, мать их, эмоциями. Сопереживаю всем. Эмпат я.

— Эм-пат. О.

Продолжая удерживать звенящую, дергающуюся, вырывающуюся петлю, я оперлась дрожащей ладонью на автомобиль. Ноги разъезжались. Но надо стоять, надо выстоять.

На улице творился ад. Недалеко от меня катался клубок серого и рыжего. Вито дрался с пытающимся трансформироваться оборотнем. Удерживал того за горло, не давая завершить оборот.

Через пару метров, прямо на середине дороги, широко расставив ноги и повернув в мою сторону голову, стоял Буч. С белым лицом, застывшей улыбкой, памятником самому себе. В крепких объятиях извивались, но не могли вырваться два волка среднего размера. Солнце заставило полутролля закаменеть, застыв в магическом сне-параличе и противников он поймал собственным телом.