Когда-то один звук его голоса вселял в меня ужас. В те далекие времена стоило главе семейства чуть раньше прийти с работы, Алекс начинал разговаривать шепотом и на цыпочках метаться по комнате, собирая в сумку мои учебники и тетради. Он жутко боялся, что однажды нас застукают, тогда отец придет в ярость и переведет его в другую школу. Страх друга легко передавался мне, умножаясь и в итоге приводя к общей панике. Как я не поломала себе что-нибудь во время одного из таких суматошных бегств — до сих пор не понимаю.

Давно это было.

— А что со мной может случиться в Холмах? — с интересом спросила я, поднимая бровь. Подумала и потянулась за следующим печеньем.

- Высшие Лорды очень любят менталистов, — после небольшой паузы ответил глава семьи.

— Нас все любят, — широко улыбнулась я, с интересом наблюдая, как хмурится собеседник.

Сидящий рядом Алекс положил свою ладонь на мою, погладил пальцами по костяшкам. У Диего побелела челюсть, а Максимилиан Фаворра со стуком поставил чашку.

— После любви лордов все остальные ощущения меркнут, а привязанности забываются. В университетах Холмов это в основном касается менталисток, таких хорошеньких, мисс Нитароку, как вы в своем юном щенячьем возрасте. В отличие от молодых мужчин, которые редко успевают прочувствовать на себе… близкое покровительство наших наставников, девушки за год проходят несколько… романов. Вы помните хоть одну женщину-старшего преподавателя из вашего университета, состоящую в счастливом браке?

Хм. А ведь он прав. Я вообще не помню женщин — старших преподавателей. Только младшие или аспирантки-лаборантки.

Все дамы, обученные в Холмах, шли в корпорации или общественные организации, никто из них не оставался учить студентов.

Мне очень хотелось спросить, а как же он сам пережил бурный роман с фейри? При этом дал жизнь сыну, а потом, когда снова стал одинок, встретился с будущей женой и заключил официальный брак. Но в разговор вступил Диего:

— Отец, мы пришли, чтобы узнать все ли хорошо у Алекса. Просто заглянули проведать. Зачем ты пугаешь Еву?

— Потому что из-за ее наивных глазок, какие-то дегенераты напали на твоего брата, — неожиданно вспылил его отец. — Александра били и требовали, чтобы он отступился от этой девк… от нее. И я бы лично нашел этих бандитов и разодрал на части, если бы по сути не был с ними согласен!

— Папа! — повысил голос Алекс.

— Максимилиан! — ахнула миссис Фаворра.

— Еще одно оскорбительное слово в адрес Евы, — сказал Диего, откидываясь на спинку стула, — и мы уйдем. Боюсь, после такого гостеприимства я еще долго не смогу появиться в этих стенах.

— Хватит, — хозяйка дома встала и уперлась кулаками в бока, впервые становясь похожей на обычную оборотницу. — Прекратили все! Макс, запрещаю тебе рычать на девочку. Ты прекрасно знаешь как к ней относится Алекс, а теперь, когда он не отказался от нее и защищал их чувства в бою, может быть хватит закрывать глаза на реальность? Пора стать настоящим любящим отцом и благословить пару! Бери пример с него! — она ткнула в застывшего Диего, чья активность проявлялась в согнувшейся в пальцах чайной ложечке. — Насколько твой старший ненавидит менталистов, и то ради своего брата принял его девушку и защищает ее всеми возможностями командира.

— Он не всех менталистов ненавидит, а только кузнечиков, — осторожно поправил ее Алекс и крепче сжал мою задрожавшую руку.

В наступившей тишине звук отодвигаемого стула прозвучал особенно громко.

— Пожалуй, именно мне нужно удалиться. Приятного аппетита, — холодно сказал глава дома. Его шаги были тяжелы, но дверью он не хлопнул.

— Ничего, подумает и согласится. Сейчас конфеток принесу, — прощебетала миссис Фаворра другим, легкомысленным тоном, совсем не напоминающим предыдущий металлический лязг ее защитной речи.

И она пошла… только почему-то не на кухню, а следом за мужем. Так же аккуратно прикрыв дверь.

— Ева, придется нам пожениться, — хохотнул Алекс. Он поиграл бровями и слабо ахнул, когда треснула зажившая корочка на сгибе одной из них.

Несмотря на раны и общую бледность, сейчас было отчетливо видно насколько он легкомысленно юн по своей природе. Самым большим подвигом в его жизни была я. И похоже — продолжала быть.

— Успеется, — тихо сказала я. — А можно поподробнее про ненависть к менталистам?

— Сильное преувеличение. Разве я похож на того, кто не любит менталистов? — Диего начал подниматься. — Кажется, нам пора.

Алекс сжал мою ладонь своими двумя, не желая быстро прощаться. И легко сдал брата.

— Какие-то неприятности были с задержанием кузнечика, Диего даже нам деталей этой истории не рассказывает, — сдал брата Алекс. — Но с тех пор он постоянно тренирует свою магию защиты от ментальных воздействий и охотится за любыми «прыгунами», о которых узнает.