От самой крупной, двустворчатой двери в центр зала шел подиум, дорожка, которая распадалась солнечными лучами по сторонам. И каждое ответвление завершалось пятачками с блестящими шестами. На этих островках, не на всех, но на многих — танцевали одетые, полураздетые, а иногда и совсем обнаженные девушки.

— Общая программа будет через два часа, провести вас на свободный диванчик? — пропела невесть откуда вынырнувшая симпатичная девушка, кажется, человек. Ее ладную фигурку подчеркивала облегающая форма официантки, состоящая из блузки и короткой складчатой юбочки.

— Проведи, — благосклонно разрешил Диего, — и можешь сообщить главе клуба, что мы просим о встрече?

— Владельцу? — официантка смотрела совершенно бесхитростно, — Или управляющему? Владелец у нас — сэр Фэлгрей, сатир, он принимает только по предварительной договоренности. Желательно, девушек. И рекомендательно — небольшими группками. А управляющий, чудесный мистер Павлини, вообще не принимает, но может позвать вас сам, если заинтересуется. Он скоро выйдет в зал.

— Милая, — Вито нежно обнял ее за талию и с интересом заглянул в декольте. — Нам очень-очень нужно поговорить с вашим управляющим. И если ты чуть-чуть, самую малость нам поможешь, хотя бы намекнешь как действовать, чтобы он обратил на нас внимание…

Свернутая купюра нырнула за край блузы, ловкие пальцы леопарда задержались, чтобы погладить нежную кожу груди.

— Ну разве что самую малость могу помочь, — раскраснелась девушка. Пальчиком она заправила деньги поглубже, чтобы не выпали, и кокетливо улыбнулась Вито. — Пойдемте, я покажу вам зал рядом с кабинетом управляющего. Уж ближе и некуда.

Она ловко пробиралась между диванов и столов, мы двигались следом, пока не прошли через одну из открытых дверей в зал поменьше размером с высоким потолком, под которым в декоративном беспорядке висели веревки и тросы.

Гости клуба окружали ярко освещенную огромную золотую клетку. Ее необычная форма напоминала прозрачную медовую соту. Только находились в ней не пчелы, а танцующие парень с девушкой.

— Во-он там его кабинет, — сообщила наша провожатая, показывая на лестницу, не сразу заметную среди подвешенного веревочного декора. Легкая и воздушная, она словно парила, уходя наверх в полную темноту. По крайней мере я не увидела ни одного подвеса, ни единого удерживающего столба.

Зато у ее основания топтался коротко стриженный охранник. Причем проход он прикрывал именно телом, а все его внимание занимали горячие объятия танцоров.

— Мне пора обслуживать столики, а вам — удачи, — прощебетала официантка, получив от Вито дополнительные чаевые и шлепок по едва прикрытой тканью попке. — Пока ждете, можно представление посмотреть. Не из большой нашей программы, но все же. Танец змеи и мангуста очень популярен, потом его на приваты заказывают.

Посмотреть было на что. Шест обвивало гибкое тело… парня, частично трансформированного в змея. Выше бедер — узкая талия, мощная грудная клетка, покрытая участками изумрудных чешуек, человеческая голова. Коротко стриженный, с желтыми глазами и вертикальными зрачками, танцор привлекал красотой «плохих мальчиков», опасной и манящей. А нижнюю часть тела он полностью преобразил — толстые лоснящиеся кольца гигантского удава сжимали шест, извивались по полу и стремились захватить в плен юркую полуобнаженную партнершу.

Мангустом была девушка. По примеру своего кавалера лишь частично измененная. Ее попку украшал длинный хвост с пышной кисточкой, а по телу сверкали коричнево-золотистые волоски. Тонкие бретельки и ленточки, исполняющие роль наряда, скорее подчеркивали изгибы ее тела, нежели что-то скрывали.

Ловкая и гибкая словно язык пламени она успевала и призывно изгибаться, прижимаясь к прутьям клетки и уворачиваться от «противника» в прыжках и кульбитах. Так двигаться мог только оборотень — пластично, нечеловечески быстро, гипнотизируя каждым поворотом, якобы «испуганными» отскоками и порочно-нечаянными наклонами.

Рокочущая, нарастающе-призывная музыка и бликующие световые потоки добавляли танцу завораживающей магии. Зрители, обступившие клетку, наперебой кидали деньги красотке прямо под ноги и поддерживали ее восторженными криками.

За всем этим шумом я едва услышала голос Диего.

— Буч…

А ответ скорее угадала.

— Понял…

Наш здоровяк повернулся и исчез в царившей у стен полутьме.

— Джок, остаешься. Ева и Вито, идете со мной.

При разговорах с подозреваемыми, не говоря уже о допросах, я обязана была присутствовать, но так не хотелось уходить из зала. А вдруг сейчас змей поймает мангуста? Я подняла голову, прослеживая тугие кольца змеиного тела, поджарый рельефный живот. Как интересно, а где…

— Ева! — меня дернули за руку и оттащили от толпы. До самой лестницы в кабинет Павлини. Не приобщиться мне к великому танцевальному искусству, не побаловать свое чувство прекрасного. Эх.

Охранник куда-то исчез. Вместо него высился невозмутимый Буч. Он солидно оглядывал зал, изображая местного сотрудника. А из-под ступенек торчала… мужская нога.