— Вот! — она подняла палец. — Ты ахнула и все! Молодая девчонка, увидев первую смерть, ты убрала все эмоции, как обычно делаешь. Ева, не замечала, что даже дома сидишь под щитами, всегда? Закрываешься как в консервную банку и носа оттуда не показываешь? Немедленно прекращай замыкаться на работе и коллегах, смотри по сторонам, на парней, да хоть на того же Алекса! Не сдерживай постоянно эмоции!

Но мы же обсуждали, что я должна быть осторожна. Я тренируюсь постоянно, держу контроль, скрываю мысли.

Когда дверь палаты открылась и вошел Диего, мы с бабушкой продолжали смотреть друг на друга. Она — лихорадочно пылая глазами, я — растерянно.

— Ладно, я подумаю, только, пожалуйста, не волнуйся. Тебе нельзя волноваться, — пробормотала я. — Привет, Диего. Ба, это мой командир, познакомься. А это моя бабулечка — Эннет Нитарока.

Бабушка повернула голову. Ее брови резко подскочили вверх, а взгляд пробежал по мощной фигуре, плечам, рельефность которых не могла скрыть легкая ткань одежды, по жестко сжатой массивной челюсти, посылавшей сигналы женской душе любого возраста: «Внимание! Вы находитесь в области влияния доминантного самца!».

— Ева, — хрипло сказала бабушка, убрав руку с груди и поправляя прическу, — помнишь, я там тебе про коллег наговорила всякого? Забудь эту ерунду. Ты права, работе надо уделить время. Ой, надо!

Хмурый оборотень поднял бровь. Лицо его разгладилось, озарившись мягкой доброжелательной улыбкой, свет которой мог запросто подсветить вечером улицу.

Зверь спрятал когти, заливая палату харизмой, даже я чуть не захлебнулась.

— Миссис Нитарока, вы удивительно мудрая женщина. Ева, я тебе уже говорил, что старших надо слушаться?

Не раз. Правда обычно командир добавлял «по званию». Не хочу бабушке рассказывать, что мне на работе грозит опасность, но, если эти двое споются, я буду отбиваться до последнего.

— На мою бабушку напали, — твердо напомнила я.

— Мы их найдем. Рассказывайте, что произошло.

В голосе Диего лязгнул металл. Под слоем активно демонстрируемой пушистости пряталась чистая сталь, такая же милая как притаившаяся гюрза. Не думаю, что он долго выдержит джентльменские танцы с ба. Суть оборотня, циничная и прямая, обязательно проявится во всей красе.

Но, к моему удивлению, командир и дальше чинно сидел на стуле, кивал, слушая историю о странном нападении, обещал бабушке Эннет ее навещать и очень вежливо спросил ее разрешения «осмотреть одежду там, где коснулся преступник. Вы не отдавали ее врачам? Здесь на стуле? Отлично».

Нюхающий платье старший Фаворра каким-то чудом ухитрился сохранить мужественность, может быть потому, что не смущался, не отворачивался, а плавно повел носом, глубоко вдыхая и закрывая глаза.

— Перец с чесноком, как и в остальных случаях. Охотник еще не знает, что у нас уже есть след и он сам стал добычей.

Диего посмотрел на нас поверх светлой ткани и медленно, хищно улыбнулся, блеснув белоснежным рядом зубов.

Когда я наклонилась перед уходом поцеловать «мудрую родственницу», та прошептала прямо в ухо: «а он горяч». Похоже, нападение плохо повлияло — ба задумалась о здоровье и решила срочно меня пристроить.

— Это что было? — спросила я, выйдя из палаты.

— Разговор со свидетелем. Она у тебя милая, — хмыкнул он и сразу посерьезнел. — Похоже наш неизвестный любитель менталистов вас перепутал, но понял ошибку и успел скрыться. Я направил Вито проверить след на улице. Есть шанс, что вы слишком быстро появились и не дали преступнику полностью замести следы.

— Так у нас сегодня выходной.

Он счастливо ощерился.

— Из-за нового происшествия квестор разрешил заполнить бумаги завтра, а сейчас продолжить расследование. Так что мы покрутимся у дома, посмотрим, что еще успеем сделать, а тебе разрешаю отдохнуть.

— Ну уж нет, — я резко остановилась. — Кто бы ни был нападающий, я хочу лично участвовать в его поимке.

Вокруг реяли ленты решимости, они отрывались от меня, выныривали из-за впервые за долгие годы приоткрытого без причины щита. Бабушка права, пора понемногу давать выход чувствам, но не потому, что я жалею о своем образе жизни. Скорее моя замкнутость становится подозрительной.

И… контроля у меня стало больше, так что справлюсь.

— Ух, какая боевая мисс Недотрога. Такая ты мне нравишься!

Мурлыканье в голосе. Опять играет, лестно ему, когда замираю от комплиментов. Ходит кругами, изматывая меня и себя. Может быть пора поговорить честно?

— Я и раньше нравилась, насколько помню.

— Не принимай на свой счет. Обычный рефлекс на всех хорошеньких девушек.

— Ха. Вокруг Мирабеллы так не вьешься. И женихов ее не отваживаешь. Ты на меня запал!

Миг. И две руки, опирающиеся на стену, заперли меня в крошечном пространстве. Его тело… чтоб его, и на расстоянии было полной провокацией, а вблизи и вовсе ощущалось неприлично.

Как и голос.

— Повтори…

— А что повторять? Если мы попадем в сложную ситуацию, я могу на тебя рассчитывать? Сконцентрироваться на себе дашь?