И снова в голове зазвучали его слова: "Тот, кто проверяет каждый мост, никогда не перейдёт реку." ***

Я глубоко вздохнула, чувствуя, что начинаю понимать их смысл. Кажется, меня по-философски укорили в недоверии.

Но какая женщина на моём месте могла бы просто так довериться незнакомому мужчине? — подумала я, усаживаясь у печи и дрожащей рукой подбрасывая в неё дрова…

------------

*** Излишняя осторожность мешает действовать.

Мы переночевали в нашей новой спальне. Благодаря дровам, которые принёс Валентин, мне удалось растопить камин. Комната нагрелась, пусть и не так, как от печи, но мы всё равно не замёрзли.

Проснулась я рано утром, буквально на рассвете. Учитывая то, что есть нам было нечего, я старалась не терять времени даром. Тихонько выбралась из комнаты и направилась вниз.

Порывшись в кладовой, поняла, что крупы безнадёжно испорчены. Они были настолько прогнившими и влажными, что их оставалось только выбросить.

"Ну что ж, времени у меня ещё немного есть," — подумала я и взяла свечу, чтобы пройтись по поместью в поисках чего-то полезного.

Длинный тёмный коридор на первом этаже встретил меня холодом и тишиной. За окнами проказничал ветер, завывания которого прорывались внутрь сквозь щели. Раннее утро больше походило на поздний вечер: темно, мрачно и тягостно.

Каждый мой шаг гулко отдавался эхом под потолком. Я поймала себя на мысли, что мир, в который я попала, кажется мне невероятно неприветливым и странным.

Тряхнула головой, прогоняя скованность.

"Так, Настя, где наша не пропадала? Ты ведь всегда повторяла своей аудитории: выберемся, выкарабкаемся, всё сможем! Ты мастер на все руки. Знаешь тысячу мастер-классов, можешь создать уют из ничего, в конце концов! Не боишься ни работы, ни сложностей. Вот тебе и экзамен для твоих навыков. Давай, действуй!"

Этот внутренний монолог приободрил меня, и я ускорила шаг. Спустя несколько минут заметила небольшую деревянную дверь под лестницей. Она меня очень заинтересовала.

Подойдя ближе, увидела, что дверь была заперта на замок. Замок выглядел старым, ржавым и, казалось, крайне примитивным.

"Что ж, попробуем," — подумала я и вынула из волос булавку.

(Боже, я не расчёсывалась со вчерашнего утра. Интересно, что у меня сейчас на голове? Впрочем, это неважно.)

Булавка была крепкой, дебелой. Я аккуратно придала ей нужную форму и вставила в отверстие замка. Не то чтобы я была взломщицей, но… пару раз приходилось использовать этот прием, когда отец в деревне напивался и не пускал меня домой.

Провозиться пришлось долго, но мои усилия увенчались успехом. Раздался заветный щелчок, и дверь с лёгким скрипом открылась. Я ощутила эйфорию.

"Это чудо! У меня получилось!"

Посветив свечой, я увидела лестницу, уходящую вниз. Она была деревянной и местами уже прогнившей, но всё ещё достаточно крепкой.

— Что у нас тут? Подвал? — прошептала я, начиная осторожно спускаться.

С каждым шагом становилось всё холоднее. Казалось, холод здесь пропитал каждый угол. Даже в пальто я начинала коченеть.

Наконец, оказалась в просторной, но низкой комнате, которая действительно оказалась подвалом для хранения продуктов.

У одной стены стояли громадные бочки, накрытые досками. У другой — деревянные ящики. На полках громоздились банки, кувшины и ведра. С удивлением поняла, что за эти годы сюда никто не пробрался. Подвал остался таким, каким его оставили.

Я огляделась с предвкушением и поспешно начала изучать содержимое.

На дне большинства бочек лежали испорченные овощи: капуста, помидоры, огурцы. Очевидно, здесь их квасили. Осторожно заглядывая в кувшины на полках, я обнаружила не менее удручающую картину.

Однако среди всех сосудов около десятка были тщательно закупорены. Это означало, что их содержимое, возможно, сохранилось. Интересно, что внутри?

Но самая радостная находка ждала меня в ящиках. Там я обнаружила множество сушёных фруктов и овощей. Они выглядели так, словно практически не потеряли своих свойств.

"Как же они могли сохраниться столько времени?" — удивлялась я, но тут же отбросила этот вопрос как неважный.

В одном из углов я нашла большой ящик, в котором стояли стеклянные банки. Их содержимое выглядело как варенье.

Эта находка привела меня в полный восторг.

"Слава Богу, у нас будет еда!" — подумала я с облегчением и улыбкой, прижимая одну банку к груди.

Осталось где-то купить хлеба — и завтрак был бы обеспечен. Решение сходить в деревню пришло сразу. Проснутся дети, будут голодны. А деревенские, вероятно, уже начали свой день, встав с рассветом.