— Обман — тоже грех, но магическая скверна сильнее руки смертного, и я это понимал. Поэтому обратился к тем, кто мог добыть что угодно и где угодно. Контрабандисты — как крысы, они проникнут в любой город, и сеть их велика и неприрывна. Один из них достал для меня некоторые снадобья. Одно из них вызывало преждевременные роды, чтобы я мог планировать мероприятие. Второе — медленно ослабляло чаровный яд в её крови. Третье — путало мысли. Все снадобья кроме первого нужно было давать понемногу и постепенно, так что готовиться я начал загодя. Потом уговорил Лейе поехать в небольшое путешествие, и, когда мы были возле нужной деревни, дал ей первое снадобье. В деревне меня ждала повитуха, которая должна была принять роды. Раз уж эти чары вынуждают меня говорить откровенно, скажу: я рассчитывал, что мать оставит своё дитя и её душа отправится к демонам. Был риск, что погибнет и ребёнок, но я был к этому готов. К сожалению, Лейе выжила, поэтому я продолжил давать снадобье, путающее мысли, и ещё кое-что, чтобы она пришла в себе не слишком быстро.

— А покушение на убийство матери и новорождённого твой бог грехом не считает? — в голос Рэйнера скользнули даже какие-то визгливые нотки, и я его в этом понимала. Мне и самой хотелось то ли помыться, то ли повизжать.

— Она же не человек, а животное, — пожал плечами отец. — Была бы человеком, я бы так не поступил, конечно. А дальше я вместе с кормилицей отправил дитя через границу путями контрабандистов, и попросил их добыть тело похожего ребёнка. Его мы и похоронили с Лейе, после чего я уехал обратно в Даланну, и забрал, в конечном счёте, Кори прямо там.

— Кто тебе помогал? — неожиданно спросила Лейе. — Перечисли мне этих тварей поименно немедленно.

Должно быть, если бы не чары, отец заявил бы, что никто не помогал, но он бросил на эльфийку опасливый взгляд, и начал перечислять. Когда закончил, она на мгновение подняла его вверх, и потрясла, пока отец хватался за горло. Очевидно, она душила его, но в этот раз мне не хотелось её останавливать. Это существо… они с Белиндой друг друга стоят. И не она в этой паре была худшим человеком, отнюдь не она. Моя… мама остановилась сама, бросив Эдварда обратно на пол, и брезгливо обтёрла руки о собственное платье.

Затем горько сказала:

— Прости меня, Кори. Не стоило тебе слушать всю эту грязь. Но я и подумать не могла, что он настолько безумная сволочь. Я думала… а, впрочем, неважно. Сюда скоро прибудут мальчишки Никлас и Релан. Его Драконье Высочество заберёт вот это, — она пнула то, что я когда-то называла папой. — Я записала все его показания на амулет, так что закон Империи позаботится о нём.

— Но мы должны забрать девочек, — сразу сказала я. — Моих сводных сестёр. Им и так не повезло с родителями, я не могу…

— Эх, Кори-Кори. Ты росла вдали от меня, а всё равно моя дочь. Такая же сердобольная дурочка. Это твоё решение, если ты считаешь правильным так поступить — забирай их.

Рэй согласно кивнул:

— Я помогу всем, чем смогу.

В один день я и лишилась семьи, и обрела её. Но как же горько… и даже нет того божества, которое хотелось бы помянуть всуе.

Как там дальше организовывали законность суда над отцом, я не вдавалась в подробности. Всё, что я хотела знать — это что его накажут, а сёстры будут под нашей с Рэем опекой. Правда, я спросила Лейе, так ли уж нужно ей было знать имена контрабандистов. А она ответила то, что меня удивило:

— Дело не в контрабандистах, мой гиацинт. Твой кровный отец почти не владеет магией, хотя кое-какой дар у него есть. А в том, что он описывал, явно замешан не последний по силе чародей или волшебник. Меня интересовало в первую очередь именно это имя. А что до контрабандистов… я знаю, кто руководил ими двадцать лет назад. И у меня к этому полуэльфу будет очень много неприятных вопросов, поверь мне.

— Ты отправишься мстить? — спросила, а думала о том, что не хочу её отъезда.

— Сейчас? Разумеется, нет! Я нужна тебе, пока этот ваш доморощенный демонолог не попался. А потом да, но дело не в мести. Если они ведут дела подобным образом, их должны заменить на постах личности поумнее. Не говорю ничего про моральные качества, речь всё же о преступниках, но кто-то был очень наивен, когда думал, что я никогда не докопаюсь до правды. Это нужно исправить, — она хищно улыбнулась. — Но я вернусь потом, если ты этого хочешь.

Я вместо ответа просто крепко обняла её. Лейе погладила меня по голове, пожала руку Рэйнеру, и попрощалась — как и мне, ей нужно было переварить всё, что мы узнали. Да и я, честно говоря, хотела какое-то время побыть наедине с мужем. Потом мы обязательно позовём её переезжать к нам, но сразу после тяжелого разговора с отцом — не хотелось. Я знала, что она остановилась на постоялом дворе, и могла в любой момент послать вестника — теперь и я умела создавать крохотных магических птичек. Правда, хотелось, как сама Лейе — говорить прямо в сознании собеседника. Но, быть может, я ещё научусь?

А потом я взяла Рэя за руку, взяла ту книгу про драконий брачный обряд и попросила:

— Прочти мне её вслух, пожалуйста.

Книга была, на самом деле, не очень большая. И историю возникновения этого обряда я попросила пропустить, а именно эта информация и занимала большую часть объема. Рэйнер не стал задавать вопросов, не удивился, даже не ворчал. Просто выполнил мою странную просьбу, а я слушала его тихий вкрадчивый голос и постепенно приходила в себя. После отцовских откровений мне нужны были не утешения, и не попытка меня развеселить. Мне нужно было что-то такое, отчего мир перестал бы рассыпаться на глазах, стал нормальным.