— Ты такая же упрямая, как и всегда, — мягко улыбнулся он. — Но в этот раз я этого не приму. Мы уйдем отсюда только вместе.

И он, отринув всякую гордость, решил поступить как абсолютный дурак.

Дестан подошел к Клэр, обнял её за талию и потянул за собой. Она безвольно подалась за ним. Он взял одну её руку, другой продолжая придерживать девичий стан, и закружил её в неумелом танце, увлекая за собой по залу. Дестан, никогда не бывавший на балах, даже не старался исполнить изящные па, и был похож скорее на циркового медведя, чем на рыцаря, пригласившего даму своего сердца. Они кружили неловко, едва перетаптываясь, пока Дестан не отдавил изящную босую ножку Клэр, и та вдруг ойкнула то ли от боли, то ли от неожиданности. И он увлёк её за собой ещё более рьяно, наращивая темп, приподнимая её вверх, заставил её губы открыться от частого дыхания, пока, наконец, не оступился и не повалил Клэр наземь, прижав своим телом.

На одно короткое мгновение неподвижное лицо будто перестало быть маской.

Что-то живое дрогнуло в уголках губ.

И тут она рассмеялась.

— Не думала, что ты такой увалень! — она смеялась легко и живо, переливчато, как высокогорный чистый родник, сверкающий на солнце. И этот смех казался живее любого заклинания. Он сорвал с неё маску; её светлые глаза искрились улыбкой.

Дестан несколько раз беззвучно попытался произнести её имя.

— Во имя всех богов, — прошептал он наконец, прижимая её к себе, — это ты…

— Ты ожидал увидеть кого-то другого? Я могу вернуть это на место, чтобы тебе было легче представить, — она с улыбкой коснулась его лица.

— Ну уж нет, — улыбнулся Дестан и, обхватив Клэр за шею, прижал её губы к своим, насколько хватило дыхания.

— Ты хочешь, чтобы я умерла от твоей любви? — рваные выдохи рвались из груди ведьмы, когда он наконец отпустил её.

— Я хочу, чтобы ты жила ради моей любви, — он неотрывно смотрел на неё.

— Тебе не стоит об этом просить, — она провела рукой по волосам Дестана. — Потому что ради этого я способна на всё.

— Знаю. Но никогда больше не смей рисковать собой ради меня.

— Ты же в курсе, что я непременно так не сделаю? — усмехнулась Клэр.

— Разумеется, — и он, обняв её за талию, поцеловал ведьму снова, до одури вцепляясь в желанные губы, наконец отвечавшие ему на каждое движение.

Где-то в глубине подземного мира прокатился тяжёлый гул. Белые огни тревожно дрогнули.

— Ты заставил её снова захотеть жить, — услышали они грозный голос богини над своими головами. — Посмел забрать её у меня!

Ноктис снова воплотилась в сумрачном пространстве подземелья, и глаза её сверкали молниями.

— Но ведь не было условий, как именно мы должны попрощаться, верно? — тут же вскочив на ноги и отгораживая Клэр от богини, заметил Дестан.

Ноктис бушевала, и всполохи сине-голубого пламени прокатывались под сводами пещеры.

— Подите прочь и не смейте мне больше показываться, вы оба! — сокрушалась Ноктис громовыми раскатами.

— Иногда в конце сказки побеждает глупец, — вдруг сказала Клэр со смешком.

— Называй, как угодно, но в итоге я ушёл с принцессой, — обернувшись, ответил Дестан и протянул ей руку, помогая подняться.

И по взмаху божественной длани они сгорели в иссиня-голубом пламени.

Когда они вернулись в цитадель, первой на шею Клэр бросилась Марша, не сдерживая слез. Она плакала и сучила кулаками по спине подруги, осыпая её проклятиями за безрассудность, но в то же время сияла от счастья. Когда Марша наконец отпустила Клэр, Лагерта крепко обняла её, не сказав ни слова. Так, словно она знала обо всём произошедшем, и поняла свою бывшую соперницу инстинктивно — как одна любящая женщина другую.

— Дорогая Клэр, — мастер Арвинг принял свою ученицу в объятия. — Похоже, ты уже превзошла своего учителя. Надеюсь, ты всё-всё мне расскажешь.

— Надеюсь, не всё, — вставил Дестан, неловко почёсывая голову и вспоминая свои танцевальные упражнения под взором ночной богини.

— Кое-что позвольте оставить при себе, — Клэр скрыла короткий смешок ладонью.

— Думаю, даже без некоторых подробностей это будет увлекательно, — с мягкой улыбкой отозвался наставник. — Прости уж, что не всегда позволял тебе идти своей дорогой. Мы, старики, всегда пытаемся уберечь вас от своих ошибок. И порой бываем в этом чрезмерно настойчивы.

— Без вашей заботы я бы не стала той, кем являюсь сейчас, — Клэр расчувствовалась, ощущая, что именно здесь её настоящая семья.

Арс держался на расстоянии. Он коротко кивнул Дестану, и тот ответил тем же. Клэр, оглянувшись на возлюбленного, всё-таки молча подошла к другу и порывисто обняла его за плечи.

— Я рад, что ты вернулась, — тепло улыбнувшись, сказал Арс.

— Спасибо. За всё. Знаешь, а ведь ты был прав: я совершенно обезумела, — она отступила от Арса на шаг. — Вот только не знаю, было это к худшему или наоборот.