— Заткнись, кот, — пробурчала я, пытаясь представить себе, как я буду кружиться в вальсе с кем-нибудь из несчастных кавалеров, которым не повезет попасться мне под руку. — Может быть, все не так уж и плохо.

Но мои оптимистичные настроения тут же разбились о суровую реальность, когда мы вошли в просторный бальный зал. Грациозные пары кружились по паркету, словно лебеди, а я чувствовала себя среди них неуклюжим пингвином, случайно забредшим на лебединое озеро.

Преподаватель танцев, высокий и худощавый мужчина с надменным выражением лица, окинул меня презрительным взглядом.

— Мисс Лунариус, — произнес он с таким тоном, будто проглотил лимон. — Рад видеть вас на моих занятиях. Надеюсь, вы не будете слишком… мешать остальным.

— Постараюсь, — буркнула я, стараясь не обращать внимания на хихиканье некоторых особо «сочувствующих» студенток.

Занятие началось с разучивания вальса. Партнеров нам пришлось выбирать самим, и, как и следовало ожидать, никто особо не горел желанием танцевать с «бракованной ведьмой». В конце концов, ко мне подошел Себастьян, который, кажется, был настолько же неуклюж, как и я.

— Ну что, Анабель? Попробуем не наступить друг другу на ноги? — с обреченным вздохом предложил он.

— Попробуем, Себастьян, — ответила я, чувствуя, как мои щеки заливаются краской.

Вальс у нас получился… своеобразным. Мы постоянно сбивались с ритма, наступали друг другу на ноги и пару раз чуть не упали. К концу танца я чувствовала себя так, словно пробежала марафон.

— Плюс пятьдесят калорий за неуклюжие па, — прокомментировал Корнелиус. — И минус двести за полное отсутствие грации. Кажется, ты танцуешь как пьяный тролль на минном поле.

Следующим танцем была полька. Тут дела обстояли еще хуже. Себастьян постоянно меня терял, а я, пытаясь угнаться за его стремительными движениями, чуть не снесла несколько соседних пар.

— Может быть, мне стоит попробовать использовать магию? — прошептала я Корнелиусу в отчаянии. — Хотя бы для того, чтобы стать немного грациознее.

— О, нет-нет-нет! — тут же запротестовал кот. — После твоего «грациозного» выступления в спортзале я бы не советовал тебе даже думать о магии в этом зале. Поверь мне, это закончится катастрофой.

Но я уже приняла решение. «Теневое плетение», — вспомнила я одно заклинание, которое, по идее, должно было сделать движения более плавными и легкими. «Всего лишь немного магии, чтобы помочь себе», — подумала я, доставая палочку.

Я произнесла заклинание, стараясь сделать это как можно незаметнее. И… почувствовала, как мое тело становится каким-то… странным. Словно меня обволакивает невидимая тень, делая мои движения более… текучими?

Поначалу все шло неплохо. Я действительно стала двигаться более плавно и грациозно. Себастьян даже удивленно посмотрел на меня.

— Ты теперь прямо летаешь, Анабель! — воскликнул он.

— Это все… тренировки, — попыталась я объяснить, хотя сама понимала, что дело тут совсем не в тренировках.

Но тут заклинание начало давать сбой. Сначала я почувствовала легкое покалывание в ногах, а потом… мои ноги словно перестали меня слушаться. Они начали двигаться сами по себе, выписывая какие-то совершенно невообразимые па.

— Анабель, что с тобой? — испуганно спросил Себастьян, пытаясь удержать меня.

— Я… я не знаю! — пролепетала я, чувствуя, как меня затягивает в какой-то безумный водоворот движений.

Внезапно мои ноги выкинули такое коленце, что я чуть не упала. Себастьян едва успел меня подхватить. Но тут и его ноги начали двигаться сами по себе. И через мгновение весь бальный зал был охвачен каким-то безумным, неуправляемым танцем.

Студенты, которые до этого чинно кружились в вальсе и польке, вдруг начали выплясывать что-то среднее между кан-каном и джигой. Их ноги взлетали в воздух, юбки задирались, а лица выражали полное недоумение и ужас.

Преподаватель танцев, бедный мужчина, пытался остановить этот безумный хоровод, но его собственные ноги тоже пустились в пляс, выписывая замысловатые па прямо перед изумленной публикой.

Я кружилась по залу, как заведенная, чувствуя себя виновницей этого всеобщего безумия. Мое заклинание теневого плетения явно вышло из-под контроля и превратило урок танцев в настоящий балаган.

— Плюс пятьсот калорий за организацию всеобщего безумия, — хохотал Корнелиус у меня на плече. — И минус тысяча за полное отсутствие чувства ритма и меры. Кажется, ты решила преподать этому чопорному залу настоящий урок раскрепощения.

В самый разгар этого хаоса в зал вошел… Луциан Дрейвентор.