Я чувствую себя просто превосходно, наблюдая, как его глаза медленно расширяются от понимания, в какую неприятную ситуацию он только что попал.

— П-простите? — он даже слегка заикается.

— Ши-пов-ник, — я повторяю по слогам, замечая как каждый слог отражается в глазах Леонарда новой вспышкой ужаса. — Прекрасный цветок. Колючий, живучий и, если верить старым трактатам, символизирует… свободную любовь.

Повисает пауза. Леонард ерзает в кресле, периодически открывая и закрывая рот, безуспешно пытаясь найти подходящие слова и аргументы для одной безумной леди. Я спокойно наблюдаю за происходящим. Мстительная я женщина. Ничего не могу с этим поделать.

— Леди, — медленно говорит Леонард, — вы прекрасно знаете, что в культурном контексте нашего герцогства этот символ трактуется… несколько иначе.

— О, неужели? — Я изображаю на лице фальшивое недоумение.

— Его значение ближе к… распущенности. — Он произносит это почти со стоном, уже прекрасно понимая, что самостоятельного выхода из этой ловушки идиотизма ему не найти.— Куртизанки в борделях прикалывают брошки с этим цветком к себе на платья…

— Ах, какая досадная путаница. — вздыхаю я. — Ну ничего. Герцог человек образованный. Надеюсь, он знаком с трудами научных деятелей прошлых времен и не ограничен культурной парадигмой местного общества.

С каждым моим словом Леонард мрачнеет всё больше.

— Решено! — я задорно хлопаю в ладоши — Шиповник, значит шиповник!

Он сжимает переносицу.

— Нет. — его голос звучит неожиданно твердо.

— Нет? — я заинтересованно наклоняюсь ближе.

— Нет. — Леонард вскидывает на меня голову — Я не позволю вам предстать в образе женщины, превозносящей свободную любовь!

Он так распаляется, что даже вскакивает с кресла, а голос в конце почти срывается на фальцет. Я с легкой улыбкой продолжаю смотреть на него снизу вверх. И всё равно отчётливо чувствую, кто именно руководит ситуацией. Подпираю подбородок рукой, изображая искренний интерес.

— Какая пламенная речь. Только позвольте узнать, как именно вы собираетесь отговорить меня от этой затеи?

Вся уверенность осыпается с Леонарда как жёлтая листва с деревьев. Он обессиленно падает на кресло и молча смотрит на меня.

— Вы не знаете — удовлетворенно тяну я — а я вам подскажу.

Я поднимаюсь, подхожу к небольшому столику и с громким стуком кладу на него колоду карт Дарио. Леонард внимательно следит за моими действиями. До него неожиданно быстро доходит. Он медленно встаёт и пересаживается за стол с тяжёлым вздохом. Я устраиваюсь напротив.

— Мы сыграем один раз, — говорю я. — Вне зависимости от исхода, я позволю вам выбрать мой образ на праздник Цветения.

— Какой ставки вы ожидаете от меня? — Леонард внимательно смотрит на колоду, которую я начинаю тасовать в руках.

Я откладываю колоду и в легкой задумчивости стучу пальцем по картам.

— Даже и не знаю, — говорю наконец. — Пусть вашей ставкой будут. Допустим ваши шейные платки. Сколько их у вас, кстати? Внушительная коллекция?

— Всего пятнадцать — ошеломленно говорит Леонард — Но, леди…

— Это и будет вашей ставкой! — радостно объявляю я, хлопнув ладонью по столу.

Леонард колеблется буквально секунду. Потом кивает с видом человека, подписывающего смертный приговор.

Через некоторое время я довольно перебираю цветастые тряпочки, гордо именуемые шейными платками, под трагическим взглядом Леонарда.

— Как… — тихо спрашивает он, — Как это вообще возможно?

— Новичкам везет, — скромно отвечаю, выдергивая самый яркий платок с золотыми вензелями.

Он тяжело вздыхает.

— Леди… вы совершенно невыносимы.

Я удовлетворенно улыбаюсь, видя, как неуютно он себя чувствует с голой шеей.

— Выбирайте образ на праздник и, пожалуйста, составьте его с учетом вот этого платка — я поднимаю добычу повыше — Очень уж он хорош!

Леонард кивает и поднимается.

— Хорошо, леди. Я пришлю к вам служанок и модистку.

Он буквально вылетает из моей комнаты, явно стараясь скрыть непрошенные слезы после произошедшей здесь трагедии уровня шекспировского «Гамлета». Я некоторое время задумчиво смотрю на закрывшуюся дверь.

Не была ли я слишком жестокой с ним? Я отмахиваюсь от непрошенных сентиментальных мыслей. В конце концов, он не слишком-то думал о моих чувствах, когда отправлял меня на свидание с герцогом. А платки я ему в любом случае верну после праздника. Ну а пока - пусть немного пострадает.