— Квестор Игнац сегодня в плохом настроении, — сообщил рыжий. — Вчера вечером хм… приболел еще один менталист, уже из Дневного Отряда. Если бы я знал это раньше, пригласил бы лучше не тебя, а пару ребят покрепче здоровьем и половчее. Зато при нынешней нехватке спецов Игнац возьмет тебя без спора. Главное, не показывай, что на меня физически реагируешь. Оставим это между нами, маленькой приятной тайной. Кивни. Да?

И на меня поплыло крошечное теплое облачно личной приязни. Офицер ко мне начал хорошо относиться. Какое счастье. Вот только, скажите на милость, КАК кивать?

Согласно? Дескать, ДА, я счастлива оставить между нами маленькую тайну? Или отрицательно, НЕТ, не согласна, я не буду скрывать от всех как физически, мама дорогая, оказывается реагирую на офицера. Похоже, неудачное пожатие руки еще не раз мне отзовется.

— Вы не совсем меня поняли… — начала я и тут же была прервана.

— Понял. Не умеешь коротко. Тебя еще учить и учить, — вздохнул оборотень. — Тогда не будет разводить всех ваших эмоци-шмимоций, потом обсудим твою проблему наедине. После того как разберемся с делами.

Постучал и тут же толкнул дверь, оставляя меня за собой с открытым от растерянности ртом.

— Игнац, старина, ты тут?

Как же меня бесит эта привычка оборотней решать за других. И не слушать. И легко делать выводы, исходя из неких простых условий. В школе учителя-оборотни были самыми понятными как личности и при этом с трудом мной выносимыми.

Поджав губы и нахмурившись, я остановилась, не входя за своим сопровождающим внутрь неожиданно темного кабинета.

Сплошные деревянные панели по стенам. Плотно закрытые жалюзи. За столом включилась лампочка небольшого торшера и холодный шелестящий голос сообщил:

— Что за вопрос? Хотел бы я тут не быть. Убраться из этой демоновой отрыжки, называемой участком. Ты с чем пришел Заремба? Еще одни плохие новости?

— Я только с хорошими, — сообщил оборотень, после легкого сопротивления впихивая меня внутрь, и закрывая за мной дверь. Этот грубый увалень совершенно не чуял ментального поля. А сейчас мы находились совсем рядом со злым и очень, очень голодным вампиром.

Я лично могла и в коридоре постоять. Никакой сильной потребности заходить внутрь. Вообще ни малейшей. Хуже было бы только разрезать руки и встряхнуть ими приглашающе, разбрызгивая капли перед носом темного охотника.

— Отличного менталиста отхватил, — преувеличенно бодро продолжил Заремба. Теперь я хоть знала, как его зовут. — Из университета с огромным трудом сманил в твое подразделение. Зовут Ева. Ночами не спит.

Последнее правда. Печальная на мой взгляд.

— Вижу что не спит, — прервал голос мой нервный зевок. — Я помню, что ты говорил мне про временную замену. Отправь менталистку в казарму, пусть к вечеру будет готова на выезд. Парни как раз в себя придут и познакомятся новым спецом. Да и я в нормальном состоянии буду. Сам видишь, сейчас мне лучше сладким кусочкам руку не жать. А то лишимся третьего менталиста за неделю. Не то, чтобы парни мне этого не простили, но самому не хочется потом отчеты подавать.

Чую, прямо сейчас я знакомлюсь со своим будущим командиром. Бо-ольшим шутником.

— А где ее Отряд? — спросил рыжий.

— Опомнись, Заремба. Утро на дворе. Ночные отряды сейчас спать укладываются, мешать не советую. Дай девочке ключ от комнаты, скажи где склад и пусть осваивается. Чего молчишь? Ты что, опекать ее вздумал? Парней провоцировать?

В итоге на склад меня отправили одну. Комплекты полученной формы в количестве пары штук пришлось удерживать под мышкой, не в зубах же было их тащить.

Одну из сумок, ту, которая потяжелее, хотелось забыть прямо в коридоре. Чья это штучка? Не моя! Впервые вижу!

Но помешала жадность. Вдруг именно в той, что выкину, сложены самые ценные вещи, без которых я прямо страдать и убиваться буду. В итоге, сцепив зубы, продолжала тащить свои пожитки под веселыми, провожающими меня взглядами будущих сослуживцев.

Некоторые еще и носом вслед поводили. Обычно в человеческой ипостаси оборотни чуют не многим лучше, чем обычные люди. Только обернувшись в зверя, они получают животные таланты и могут определить запах на большом расстоянии. Но дух пирожков, долго концентрирующийся внутри сумки, наконец вырвался наружу, и его отчетливо унюхивала даже я.

Прямо как в старинной сказке. Послала меня бабушка с пирожками через лес. Точнее я сама себя послала. От души.

С трудом удерживая себя от бурчания, я шагнула в сумрак корпуса Ночных отрядов и притихла, прислушиваясь. Вроде бы тихо, но сердце стучало чаще обычного, предчувствуя опасность. Я с сумками, к войне не готова. Отбиться смогу только используя отвлекающий маневр разбрасывания пирожков веером.

Прижимая локтем пытающуюся вскользнуть форму, я осторожно двинулась вперед. Прошла мимо пустующего помещения, похожего на гостиную. С мягкими зелеными диванами, низкими журнальными столиками и даже столом настольного тенниса. Ни души. Хотелось надеяться, что все спят глубоким, желательно — беспробудным сном, но шумы из длинного коридора, перемежаемые всплесками смеха, говорили об обратном.

Проживающие на казарменном положении то ли уже выспались, то ли еще не ложились.