— Ты моя дочь. Ты пришла ко мне и сказала правду, какой бы безумной она ни была. И ты хочешь работать, помогать. После всего, что пережила… — он снова сглотнул ком в горле. — Конечно, место для тебя найдется. Я помогу тебе, чем смогу. Информацией, советом, прикрытием. А ты… — он подошел и положил руку мне на плечо. — Ты держись. Ты уже прошла через ад один раз. Не дай ему повториться. Иди сюда.

Я встала и он обнял меня. И в тот момент это было именно тем, что мне было нужно.

— Расскажи мне всё, — произнес он, отпуская меня. — С самого начала.

Вечер, когда должно было случиться основное событие, наступил точно в срок, предписанный сюжетом. Я стояла перед зеркалом в своей гардеробной, поправляя левую перчатку. Платье было как из сна — алое, тяжелое, из какой-то переливающейся ткани, которая ловила свет и отражала его тысячью мельчайших искр. Маска лежала рядом на туалетном столике. Она была бархатная, того же темно-красного оттенка, с узором из черного кружева, закрывающим верхнюю часть лица. Тщательно подобранные украшения — серьги-капли из рубинов, тонкое колье — дополняли образ.

Сегодня был юбилей в честь десятилетия основания холдинга, обставленный с помпой, достойной императорского двора: был приглашен почти весь персонал, ключевые инвесторы, главы других клиник, репортеры из ведущих магических изданий. И обязательный маскарад — глупая, изысканная прихоть, рожденная в недрах пиар-отдела.

Платье я вытащила из глубины гардеробной еще днем. Оно было куплено до моего появления здесь. Я подготовилась тщательно, потратив два часа у зеркала. Худенькая, изможденная Лика из прошлой жизни посмотрела бы на меня с удивлением: кожа сияла после дорогих процедур, волосы, уложенные сложной волной, пахли редкими маслами, макияж был безупречным, подчеркивающим яркость глаз и линию скул. Да, ужин был ловушкой, шагом к цели. Но быть красивой, самой себе напоминать, что я еще жива и способна на большее, чем роль жертвы, — этого хотелось отчаянно. Мне, Лике, давно уже не перепадало ничего подобного. Работа в больнице не оставляла места для таких развлечений.

Меня преследовала одна мысль — а что, если что-то пойдет не по плану? Мне требовалась хоть какая-то страховка. Вчера вечером, после сложного разговора с отцом, я попросила его научить меня простому, но надежному заклинанию, которое могло бы нейтрализовать угрозу на несколько минут, дать фору.

Он долго смотрел на меня, а затем кивнул.

— Есть одно подходящее. Его используют санитары, чтобы усмирить буйных пациентов, не прибегая к силе. Заклинание сна. Не требует большой силы, только точности и концентрации. Но, Вика, это вмешательство в чужую волю. Использовать только в крайнем случае.

Он показал мне жест — специфическое положение пальцев, объяснил, как визуализировать поток энергии, направленный на мягкое, но неотразимое гашение сознания. Энергетический импульс при этом должен быть минимальным, почти символическим, иначе можно навредить. Я потренировалась на нем — он разрешил, сидя с закрытыми глазами. С третьего раза у меня получилось.

— Действует. Но помни о последствиях, — сказал он, когда я использовала другое, обратное заклинание пробуждения.

Я надеялась, что этот трюк не пригодится. Но в кармане моей сумочки, зашитом в подкладку, лежала маленькая, заряженная моей энергией кристаллическая гранула — фокус для этого заклятья, позволявший усилить эффект при необходимости.

Когда я сошла вниз, Александр уже ждал в холле. Он был в строгом, идеально сидящем смокинге, его лицо под черной полумаской было так же холодно и отстраненно, как всегда..

Дорога в отель «Империал» заняла около двадцати минут. Мы сидели на заднем сиденье черного, дорогого такси с тонированными стеклами. Я смотрела в окно на мелькающие огни ночного города, собираясь с силами. Нужно было сыграть первую сцену из книги, где Виктория пытается кокетничать с мужем, а он отталкивает ее с брезгливым раздражением.

Я повернулась к нему, положив руку на его колено, и наклонилась чуть ближе, чем следовало.

— Сашенька, — начала я сладким, нарочито томным голосом. — Ты сегодня такой величественный. Прямо как на портрете твоего деда-магистра в кабинете. Помнишь, ты говорил, что он основал первую частную лечебницу в городе? Мне кажется, ты его во всем превзошел.

Он не отстранился сразу, но его тело стало жестким под моей ладонью.

— Виктория, не начинай, — произнес он ровно, глядя вперед на дорогу.

— Что не начинать? — я сделала голос обиженным, слегка капризным. — Я просто говорю, какой ты важный сегодня. Все будут на тебя смотреть. И я буду рядом. Мы же красивая пара, правда?

Это было прямым эхом одной из сцен романа. Виктория в машине, нервная перед мероприятием, пыталась кокетничать и добиться хотя бы капли внимания, а он отшивал ее с брезгливостью, словно отгонял назойливую муху.

— Виктория, перестань. Сегодня важный вечер. Попробуй вести себя достойно, хотя бы раз.

Я притворно надула губы, снимая руку с его колена, и отвернулась к окну, изображая уязвленную гордость. Внутри же все было спокойно и холодно. Он сыграл свою роль безупречно. Все шло по первоначальному сценарию.