— Самопроизвольное межмировое перемещение без всех этих условий — явление уникальное. За последние сто лет зафиксировано всего три подобных случая. — И каждый раз за этим стояли либо аномалии в ткани пространства, либо древняя магия рода.

Селена незаметно коснулась моего локтя и шепнула, почти не размыкая губ: — Значит, твоё перемещение — это не случайность. Зелье Элрина как‐то сработало с твоей магией... Может, в экстракте драконьего перца есть что‐то, что откликнулось на твой дар?

Я сглотнула, пытаясь осознать сказанное.«Откликнулось на дар?» Звучало загадочнее, чем само перемещение. Дар? Какой дар? Может, всё проще — я просто чихаю, и магия срабатывает сама?

— А теперь — о рисках, — голос профессора стал жёстче, он сделал шаг вперёд. — Представьте: вы перемещаетесь — и вдруг, оказываетесь высоко в небе. Или, хуже того, под землей. Тело не успевает адаптироваться — магический откат может выжечь силы до дна. А если мир, куда, вы попали враждебен? Или портал начнёт схлопываться, и вы застрянете между мирами — в серой пустоте, где нет ни времени, ни опоры?

Элрин обернулся, его глаза расширились от тревоги. Я попыталась улыбнуться в ответ, но губы будто одеревенели — улыбка вышла кривой, неестественной.

— И последнее, — Верион вдруг посмотрел прямо на меня. На мгновение мне показалось, что он знает всё: и про Даррена, и про чихание, и про страх, что это повторится.

Даррен стоял у высокого стрельчатого окна своих покоев, глядя на багряные закатные облака над столицей демонов — Аргатроном. Город был великолепен он дышал, пульсировал, жил своей таинственной жизнью. Его извилистые улицы, если смотреть на них сверху, напоминали чёрные вены древнего чудовища. Они петляли, переплетались между собой изображая невиданные узоры. Башни с острыми пиками пронзали багряное закатное небо, будто бросая вызов самим звездам. Над величественным дворцом правителя витал призрачный дымок — то ли от магических огней, то ли от еще тлеющего угля у древних алтарей. В воздухе витал странный запах- расплавленного металла, отдающего горечью власти, и приторная сладость ночных орхидей из дворцового сада. Сама природа пыталась уравновесить тьму каплей чего‐то светлого.

Даррен будто не замечал город который любил. Всё как будто размазалось стало бледным, не цепляющим взгляд. Зато очень ярко в его голове, крутился один и тотже образ: рыжеволосой незнакомки с изумрудными глазами. Её внезапное появление в спальне — будто мираж — и столь же стремительное исчезновение. Он вспоминал её растерянность, лёгкий, девичий румянец на щеках. Как волнуясь пыталась рассказать, про какое‐то зелье, какой то перец... Возможно это был сон? Может она ему привидилась? Да нет... точно была! И в её взгляде не было алчности, как у всех охотниц, за его богатством и положением. Он уже и не помнил, как смотрят просто на мужчину, а не на возможность стать императрицей. А она смотрела....

Он невольно коснулся места на груди, где сердце как будто споткнулось, стоило ей лишь посмотреть на него. Да что с ним такое? Эта девчонка что‐то в нём нарушила? Повредила какие‐то демонические настройки? Он просто не может всё это чувствовать!

— Невозможно, — пробормотал он. — Самопроизвольное межмировое перемещение без ритуала, без артефакта...

— Возможно, если есть связь, — раздался скрипучий, но мелодичный голос за спиной.

Даррен обернулся. В кресле у камина, закинув ногу на ногу, сидел его советник — Тениус. Существо это было поистине удивительным. Рост чуть выше человеческого, кожа цвета лунного серебра. Его крылья тонкие, почти прозрачные, мерцали и переливались всеми оттенками фиолетового с синим. Миндалевидные глаза с вертикальным зрачком внимательно следили за реакцией Даррена. Длинные волосы, спускающиеся серебряным водопадом до самого пола слегка шевелились, будто от невидимого ветра.

Тениус принадлежал к древнему роду лунных фейри — существ, которых практически не осталось. Они жили на стыке миров и обладали даром видеть магические связи. Он был не просто советником, но и хранителем древних знаний, которые не доверялись даже членам правящей семьи.

— Связь? — Даррен приподнял бровь. — Ты о чём?

Советник взмахнул рукой — изящно, почти небрежно, — и в воздухе повисла мерцающая сфера. Под тихий шёпот Тениуса, она запульсировала и через мгновение они увидели момент появления «незнакомки». Тот самый миг, когда она только появилась посреди комнаты. Изображение было настолько чётким, что казалось можно дотронуться. Её рыжие кудряшки, широко распахнутые глаза, рука, прижимающаяся к носу, будто она только что чихнула.

— Посмотри, — советник обвел тонкой почти хрупкой рукой вокруг девушки.— Видишь эту ауру? Это не просто прыжок между мирами — это притяжение. Будто использовали очень мощный магнит. Конечная точка пути, была предопределена еще до прыжка.