Время в комнате останавливается.

Воздух вдруг превращается в густой, ледяной кисель. Я стою посреди залитой солнцем роскошной виллы, но внутри меня всё стремительно, неотвратимо холодеет. Словно кто-то нажал на выключатель и обесточил мое тело.

Смотрю на этот кусок пластика, и в голове начинается абсолютная, звенящая каша.

Две полоски. Тошнит. Беременна.

Господи.

Пазл складывается в моей голове с оглушительным, ломающим кости хрустом. Москва. Тот вечер, когда Рома разгромил меня словами в гримерке клуба. Тот свежий, багровый засос на его шее. Та безымянная девка, которую он подцепил на ночь, чтобы сбросить напряжение, и которой, как выяснилось позже, оказалась Лика.

Она беременна. От Ромы.

Новое, здоровое сердце в моей груди, которое еще пять минут назад билось от абсолютного счастья, сейчас с размаху бьется о ребра и, кажется, останавливается.

— Поздравляю…

Голос звучит жалко. Он дрожит, ломается на гласных. Меня саму начинает бить крупная, неконтролируемая дрожь, которую я даже не пытаюсь скрыть, потому что не могу. Пальцы, сжимающие тест, белеют.

— Спасибо! — Лика подлетает ко мне, забирает тест обратно и прижимает его к груди, как самое великое сокровище в мире. Её глаза светятся от триумфа. — Собираюсь сейчас пойти и сказать Роме! Как думаешь, он обрадуется? Блин, он же такой брутальный, наверное, он всегда хотел наследника! Я уже даже придумала, где будет свадьба… Боже, Кира, я так счастлива! Наконец-то, наконец-то мне попался нормальный, настоящий мужик! Обеспеченный, сильный…

Она всё говорит, говорит, тараторит без остановки, размахивая руками и планируя их совместное будущее. Их свадьбу. Их ребенка.

А я… я больше не разбираю слов.

Я слышу её голос глухо, отдаленно, словно сквозь толщу океанской воды. Черная, вязкая пустота затапливает мои легкие, вытесняя кислород.

Только что, прошлой ночью, Рома клялся мне в любви. Говорил, что я его единственная. Зашивал мою душу.

И он же снова вонзил мне нож в спину. Даже не зная об этом. Его случайная, грязная связь в Москве, та самая попытка «вытравить меня из головы», только что материализовалась в виде двух полосок на куске пластика.

Ледяная королева не растаяла. Она просто разбилась вдребезги.

Роман

Я стоял на белоснежной палубе арендованной яхты, методично перебирая и укладывая швартовый конец, пока солнце нещадно палило спину.

В голове до сих пор крутились обрывки прошедшей ночи. Вкус её губ, её горячая кожа, то, как она выгибалась подо мной, выкрикивая мое имя. Я чувствовал себя так, словно после долгих лет блужданий по выжженной пустыне наконец-то сделал первый глоток ледяной воды. Она моя. Сдалась, сломалась, впустила обратно. Теперь дело оставалось за малым: вернуться в Москву и сбросить весь этот глянцевый балласт, который на нее навешали.

Включая того самого балласта, который прямо сейчас стоял рядом со мной и испытывал мои барабанные перепонки на прочность.

— …и я ему говорю: бро, этот бит просто не качает! Нужен жирный басс, чтобы прям сабвуферы рвало! — вещал Тони, активно размахивая руками, отчего его золотые цепи звенели, как бубенцы на корове. — А он мне затирает про какую-то мелодику. Какая мелодика, Ромыч? Мы же делаем стиль! Мы делаем грязь! Согласен?

Я медленно поднял на него глаза, не переставая наматывать трос на локоть.

Слушая его, я всерьез задавался одним-единственным вопросом: он реально такой тупой, или ему за этот образ приплачивают? В его голове хоть одна мысль задерживается дольше трех секунд?

Ни одной нормальной темы, которую можно было бы с ним поддержать. Ни бизнеса, ни спорта, ни банальной логики. Только «вайбы», «флекс» и «биты». И вот за это моя Кира собиралась замуж? Да я бы на её месте через неделю в окно вышел от таких бесед.

— Угу. Грязь, — кивнул я, поддакивая ему с абсолютно непроницаемым лицом, хотя внутри всё кипело от желания выкинуть этого рэпера за борт. Я правда пытался вслушиваться, но это было, блять, просто невозможно.

В этот момент краем глаза я заметил, как по пирсу к нашей яхте цокает каблуками Анжелика. В огромных очках, с пляжной сумкой и лицом таким серьезным, словно она шла на защиту докторской диссертации.

Слава богу. Отличный повод.

— Тони, оставь нас, — бросил я, не меняя тона. — Иди проверь там… запасы льда в баре. Нам с Ликой нужно переговорить.