Судьба — красивая сука, но сегодня она явно на моей стороне. Я хотел просто помаячить у Киры перед глазами, а вытащил джекпот. Подцепил девку из её же тусовки!
Кира быстро берет себя в руки. Ледяная броня захлопывается с тихим лязгом. Она выпрямляет спину и натягивает на лицо дежурную, светскую улыбку.
Моя спутница уже вскочила со стула и бросилась к ней обниматься.
— Кирочка! Обалдеть! — пищит блондинка, целуя воздух около её щеки. — А ты какими судьбами тут?
— Привет… Анжелика, — ровным, почти замораживающим тоном отвечает Кира, позволяя себя обнять.
Анжелика? Твою мать. Я всю ночь называл её Викой. Или Ликой. Пофиг.
— А мы тут с моим молодым человеком ужинаем, — гордо заявляет теперь уже Анжелика, разворачиваясь и делая широкий жест в мою сторону. — Рома, познакомься! Это Кира, мы с ней в одном агентстве раньше числились. Кира, это Рома. Мой… ну, ты понимаешь.
Я медленно, с вальяжной грацией хищника поднимаюсь из-за стола. Засовываю одну руку в карман брюк, а вторую протягиваю Кире. На моем лице — маска вежливого, абсолютно безразличного интереса.
— Очень приятно.
Кира смотрит на мою протянутую руку так, словно это ядовитая змея. Она понимает правила игры. И она принимает их.
— Взаимно. — она вкладывает свои тонкие, холодные пальцы в мою ладонь.
— О, Ликуся! — раздается сзади громовой бас Тони.
Он подходит к нам.
Лика? Значит, Кира назвала её полным именем, а этот клоун использует сокращение.
Анжелика-Лика радостно всплескивает руками.
— Тони! Приветики!
Она шагает к нему. И вот тут происходит то, от чего у меня внутри всё мгновенно кристаллизуется.
Лика обнимает его. Тянется, целует в щеку. Вроде бы обычное светское приветствие.
Но я боец. Мой глаз натренирован замечать микроскопические движения, изменения стойки, смещение центра тяжести.
Я смотрю на Тони. Его левая рука ложится на талию Лики, а потом плавно, уверенно и абсолютно по-хозяйски скользит вниз.
Прямо на задницу.
Твою ж...
Он ее трахает.
Глава 7
Кира
Ублюдок.
Тварь.
Самовлюбленный, циничный, беспринципный мудак.
Мой внутренний словарь нецензурной брани, который я тщательно скрывала за фасадом светской леди, сейчас пополнялся новыми, изощренными этажами. Я перебирала в уме все проклятия мира, мысленно наматывая кишки Романова на его же собственную самоуверенную ухмылку.
Когда я увидела его за столиком с Анжеликой у меня внутри словно разорвалась граната с битым стеклом.
С Ликой! Боже, из всех женщин Москвы он подцепил именно этот ходячий набор силикона и брендовых шмоток с интеллектом хлебного мякиша.
Он притащил её сюда. Сюда! В ресторан, где у меня был забронирован столик. Знал ли он? Конечно, знал. Это не совпадение. Это спланированная, хладнокровная казнь.
— Слушайте, а че мы будем по разным углам жаться? — пробасил Тони, обнажая свои виниры. — Веранда-то не резиновая. Йоу, официант! А ну-ка сдвиньте нам столы! Сделаем общий вайб, посидим по-братски!
У меня внутри всё оборвалось.
— Тони, — я попыталась перехватить его руку, натягивая самую ласковую улыбку, на которую была способна. — Милый, мы же хотели поужинать вдвоем. Обсудить меню на свадьбу…
— Да успеем мы меню обсудить, малая! Тут же свои люди! Ликуся, садись рядом! Ромыч, падай!
Я бросила на Рому умоляющий взгляд.
Откажись.
Скажи, что вы хотите уединения.
Скажи, что тебе не интересен рэп. Сделай хоть что-нибудь!
Но этот подонок лишь медленно, растягивая губы в дьявольской ухмылке, кивнул.
— С удовольствием составим вам компанию.
Официанты, вышколенные до автоматизма, в ту же секунду сдвинули два столика.
И вот мы сидим.
Тони и Лика с одной стороны, я и Рома — с другой. Прямо друг напротив друга. Нас разделяло не больше метра белой крахмальной скатерти.
Метр, который казался мне линией фронта.
— Так прикинь, Тони, мне вчера в ЦУМе тупо не досталась та лимитированная сумка! — тут же защебетала Лика, наклоняясь вперед и вываливая свое декольте прямо на стол. — Я им говорю — я же инфлюенсер, а они мне про какую-то очередь!
— Да ты че! Беспредел вообще, — закивал Тони, отправляя в рот кусок тартара. — Надо было мне набрать, я бы директора их напряг. Мы бы этот вопрос на раз-два порешали.