— Базару ноль, Ромыч! Оставляю вас ворковать, — Тони подмигнул мне, сверкнув винирами, и бодрым шагом ретировался в каюту.

Лика поднялась на борт. Она подошла ко мне, сняла очки и как-то неуверенно переступила с ноги на ногу.

— Привет, — тихо сказала она, присаживаясь на белоснежный кожаный диванчик рядом со мной.

— Привет.

— Где был всю ночь? — её голос дрогнул, пытаясь звучать требовательно, но вышло как-то жалко.

— Рыбачил, — соврал я, не моргнув глазом и даже не отвлекаясь от своего дела. Затягивая последний узел на тросе, я мысленно усмехнулся. Да, рыбалка вышла знатной. Поймал свою золотую рыбку.

Лика тяжело вздохнула, теребя ручки своей сумки.

— Понятно… Слушай, мне нужно кое-что тебе рассказать.

— Слушаю, — я бросил бухту троса на палубу и прислонился поясницей к борту яхты, скрестив руки на груди.

Она подняла на меня глаза, в которых стояла настоящая паника, и выпалила на одном дыхании:

— Я это не планировала, но… я беременна.

Я замер.

Медленно поднял на нее глаза, переваривая услышанное.

Беременна?

В голове тут же щелкнуло. А что, так даже лучше. Это же идеальный расклад. Если эта силиконовая кукла залетела от Тони, значит, помолвке Киры конец. Контракт разлетится к чертям, и мне даже не придется марать руки, чтобы устранить этого клоуна. Они сами себя закопали.

Я не смог сдержать легкой, довольной улыбки.

— Поздравляю.

Лика, явно не ожидавшая такой спокойной реакции, робко улыбнулась в ответ. В её глазах мелькнула надежда.

— Ты… ты рад?

Я чуть нахмурился, сохраняя благодушный вид.

— Ну, дети — это цветы жизни. Сам планирую в будущем их завести. Так что да, я за тебя рад. Искренне.

Ее улыбка мгновенно сползла с лица. Она заморгала, глядя на меня так, словно я заговорил на китайском.

— За меня? Ром, я не понимаю… ты… ты бросаешь меня, что ли?

— В смысле? — я искренне удивился, вскинув брови. — А ты на что рассчитывала? Что я буду чужого ребенка воспитывать, что ли? Ну развлеклись, повеселились в Москве. Беременна — круто. Беги, обрадуй папашу. Ему сейчас как раз контент нужен.

Лика побледнела так резко, что даже слой бронзатора не спас ситуацию. Она вцепилась руками в край дивана и выдавила из себя:

— Это твой ребенок.

Я застыл.

Просто стоял и смотрел на неё пару секунд в абсолютной, звенящей тишине, нарушаемой только криками чаек. Смотрел на её абсолютно серьезное, перепуганное лицо.

А затем меня пробило.

Я откинул голову назад и начал смеяться. Искренне, глубоко, от души. Это было настолько абсурдно, настолько тупо, что у меня даже пресс свело.

— Чего? — выдавил сквозь смех, глядя на её ошарашенную физиономию. — С какой стати он мой?

— Ром, мы же с тобой… — начала она, краснея пятнами.

— Что? — я резко перебил её, веселье как рукой сняло. Я шагнул к ней, нависая сверху, и заговорил жестко, чеканя каждое слово: — Расскажу тебе анатомию, Лика. Чтобы забеременеть, нужно кончить во влагалище. Понимаешь механику процесса? От того, что ты проглотила мою сперму, ты не забеременеешь. Желудок и матка — это разные отделы организма.

Рот девушки приоткрылся. Она выглядела так, словно я только что разрушил всю её картину мира.

— Но мы же с тобой…

— Я трахал тебя в гандоне, — холодно и безжалостно отрезал я, добивая её окончательно. — И то даже не кончал в него. Ты потом дорабатывала ртом и глотала. Всё. На этом наше участие в демографическом процессе закончилось.

Она в ужасе прикрыла рот рукой, судорожно втягивая воздух. До её скудного мозга наконец-то начала доходить суровая реальность.

— Боже… — пропищала она.

— Ага, — кивнул я и, окончательно потеряв интерес к этой драме, выпрямился.

Я окинул её равнодушным взглядом.

— Ты классная, Лик, но слишком…

Я запнулся, пытаясь подобрать слово, чтобы не обидеть её прямо в лоб. Но, блин, в русском языке просто нет такого цензурного слова, которое бы заменило слово «шлюха» в данной ситуации. Поэтому я просто промолчал, а потом продолжил:

— От Тони?

Она молчала, глядя в палубу, и только её плечи мелко подрагивали.

— Да ладно тебе, Лик, — я сунул руки в карманы шорт, лениво пожимая плечами. — Я еще в ресторане на Патриках понял, что ты с ним спишь. Скрыть такое от мужика, который всю жизнь читает язык тела на ринге, нереально. Так что не сюрприз.