Разведка докладывала, что часть тварей, которых демоны успели выпустить раньше, теперь бродит по их территории, бесконтрольно нападая даже на собственные отряды.

И это означало только одно — мы лишили их главного преимущества.

Теперь у демонов не было скрытого оружия. Не было армии тварей, готовых выйти через тоннели. Не было внезапного удара в спину.

Граница стабилизировалась.

Патрули фиксировали редкие попытки разведки, но полномасштабной подготовки к наступлению больше не наблюдалось. Им нужно было время. Точнее много времени.

Я провёл пальцем по карте, отмечая те места, где раньше фиксировалась активность, затем медленно откинулся на спинку стула, понимая, что впервые за долгое время мы не догоняем угрозу, а опережаем её.

Война ещё не закончилась. Но её ход был переломлен.

 

Аннабель осталась рядом со мной на границе, когда мы удостоверились, что с детьми все в порядке. Кроме того, мы ожидали Эрэйна.

Живот у Бель был заметен, и я ловил себя на том, что невольно слежу за каждым её движением, как она осторожнее ступает, как иногда кладёт ладонь на живот, прислушиваясь к себе, и в эти моменты внутри поднималось странное чувство — смесь тревоги, нежности и тихой радости, которую я не позволял себе показывать открыто.

Граница тем временем постепенно успокаивалась. После уничтожения подземных кладок демоны отступили глубже на свою территорию, редкие вылазки быстро пресекались, а разведка докладывала, что значительная часть тварей погибла.

Те воины, которые пострадали от яда василисков, начали возвращаться в строй, и в этом была заслуга Бель. Она заранее приготовила несколько партий противоядия, варила их прямо здесь, на границе, используя травы, которые собирала в Гиблом Лесу, и благодаря этому многие из тех, кого считали безнадёжными, постепенно поднимались на ноги.

Однажды утром в лагерь прибыл Эрэйн.

И уже через несколько минут сидел за моим столом, перебирая донесения, которые я ещё не успел разобрать.

— Ну что, генерал, — протянул он, не поднимая взгляда, — кажется, ты сделал всё, что мог. Граница держится, демоны притихли, твои воины на ногах. — он посмотрел на Бель, стоящую чуть в стороне.

Я ничего не ответил, только молча ждал продолжения.

— Поэтому, — он отложил бумаги, сцепил пальцы, — я отправляю вас в отпуск. Официально. До особого распоряжения.

Я нахмурился.

— Офицеры справятся, — перебил он. — Ты свою часть сделал. Работа в армии налажена. Тебе тоже пора бы… — он перевёл взгляд на живот Бель, — заняться семьей. А руководить ты сможешь и из собственного кабинета пока что. А если, конечно, однажды воспитаешь себе достойную замену, то и вовсе останешься в столице.

— А Нортан?

— У него будет другая работа. Осядет в столице. Мне там тоже нужны проверенные люди, а с ними дефицит. Может быть, даже Нортан поможет подыскать тебе достойный кадр.

Бель молчала, но я видел, как она слегка напряглась, словно не ожидала такого решения.

— Воины, которых вы спасли её зельями, уже возвращаются в строй, — продолжил Эрэйн. — Я забираю часть подразделений, усиливаю линию патрулей, а вы… возвращаетесь в столицу. Ваши дети ждут вас, моя мать присматривает за ними.

Я медленно выдохнул. Мы переглянулись с Бель.

И в этом взгляде было всё — усталость, облегчение и осторожная надежда.