– Верно, – ехидно ухмыльнулся он. – А потому не трать понапрасну драгоценное время.

Вот же… недорослик, зато гонору…

– Где я могу принять ванну?

– Может, тебе еще и спинку потереть? – скривился он. – Ванна у нас осталась всего одна, в покоях хозяина. А рабыне и таз с холодной водой сгодится. Найдешь все необходимое на кухне, принесешь сюда. И только попробуй опоздать. Трогать тебя хозяин запретил, но, поверь, у меня есть и другие рычаги давления. Только представь – проснуться в постели полной мертвых крыс? Или обнаружить в своей еде червей? Готов поспорить, тебе это не понравится.

Если бы не внешние данные, я бы руку дала на отсечение, что Кайнокс с Боргером близкие родственники. Других причин такой разительной схожести характеров хозяина и его верного слуги – не находилось.

Довольно хихикая про себя, кобольд хлопнул дверью, оставив меня в одиночестве. Пришлось сцепить зубы и сжать ладони в кулаки, чтобы не схватить приставленную к углу тяжелую кочергу и не отправить ее ему вслед. Странное желание, мне совсем не свойственное. Но, как говорится, с кем поведешься…

Первым делом я открыла окно. Защелка поддалась с трудом, пришлось приложить все имеющиеся силы. Благо труд увенчался успехом. Ветер ударил в лицо, растрепав волосы. Он принес так необходимый мне сейчас свежий воздух. Десять минут, из выделенных пятидесяти, я потратила, наслаждаясь им.

На подоконнике стоял посеревший горшок с редкой в этих краях латункой, от которой осталась одна сухая палочка. Это растение очень ценилось лекарями в Норлинге, так как лучше всего заживляло раны. Я выращивала его на продажу в приютском саду.

Проведя над горшком рукой, я закрыла глаза и сконцентрировалась на собственной силе. Расслабилась, лишь почувствовав, как тепло вытекает из ладони и впитывается в сухую почву. Палочка зазеленела. На ней появились листочки. Сначала небольшие, желтые. Но быстро подросли и покраснели. Распушился диковинный, пурпурный цветок.

На душе стало спокойнее. Сердце наполнилось удовлетворением. Позабытое чувство, которое, как мне казалось, в последний раз я испытывала очень много дней назад.

В голове прояснилось. План возник из неоткуда. Найти Нокса – он наверняка готовится ко сну– сообщить ему о своем уходе и предложить, если понадоблюсь для разрыва уз, искать меня в столице. Думаю, Аксель не откажется остановиться в Ирлине. Это ведь ненадолго? Максимум на пару дней.

Закрыв дверь в свои покои, я встала посреди темного коридора и огляделась. Комнат великое множество. С какой прикажете начать?

Пока раздумывала, раздался скрежет. Отворилась дверь покоев, расположенных у самой лестницы. Я едва успела спрятаться за угол, как в коридор вышел Нокс. За то недолгое время, что мы не виделись, он успел переодеться. Вместо грязных вещей, на нем были новенькие штаны, заправленные в вычищенные до блеска сапоги, и белоснежная сорочка. Волосы влажные, пряди в художественном беспорядке. Похоже, кому-то повезло принять ванну. Все же темный, как бы не хотелось поддерживать его самолюбование, был эталоном мужской красоты.

Насвистывая себе под нос мрачную мелодию, он направился на третий этаж. Недолго думая, я последовала за ним.

Коридоры замка напоминали аттракцион – пройди пару десятков шагов и не заблудись. Покруче любого лабиринта. Мне только и оставалось, что считать повороты. Надежды на то, что выберусь без посторонней помощи мало, но, чтобы раньше времени не переживать, я решила, что подумаю об этом потом.

Зато Кайнокс ориентировался в пространстве, как оборотень на охоте в снежном лесу. Шел неторопливо, напевая под нос что-то веселое, пока не остановился напротив каменной стены. Пошарил по ней руками, куда-то ткнул и раздался противный скрип. Я только и успела, что моргнуть, как темный исчез.

Его что, стена проглотила?

Застыв на месте, словно пойманный в свете факела олень, я сглотнула. Затем осторожно огляделась. Вокруг ни души. Тишина такая, что оглохнуть можно. Страшно, жуть!

Медленно ступая, я приблизилась к тому месту, где еще минуту назад стоял маг. Коснулась холодного камня, в точности повторяя его движения. Ничего не выходило. Я стала хлопать по стене усерднее, прилагая больше усилий.

Когда выдохлась и решила – «да ну его, пора возвращаться обратно» стена, с тем же отвратительным скрипом отъехала вбок. Я шагнула в образовавшийся проем и оказалась в самом жутком – из всех виденных мной прежде – помещении.

В далеком детстве бабушка читала мне сказку о слепой провидице, обладающей как светлой, так и темной силой. Жила она в пещере. Ела летучих мышей и пила их кровь.