Всего лишь со вторым бокалом игристого, который даже не ополовинила.

И мне хорошо и весело.

Здесь и сейчас. Одной. Мне прекрасно.

И это не самовнушение.

Это осознание действительности.

Я жива. Я здорова. Я живу.

Мои дети целы и невредимы. У меня нет долгов и кредитов. Я не скрываюсь от коллекторов. У меня есть любимое дело, которому я посвятила всю себя. У меня две самые замечательные подруги на свете. Настоящие, преданные, стоящие за меня горой, а не те, которыми так часто пугают в многочисленных статьях и сериалах, говоря о них, как о разлучницах.

Я свободна.

И я счастлива.

Здесь и сейчас.

А еще я рада, что нахожусь именно тут, на лайнере. И именно в таком составе – одна.

Конечно же я безумно люблю дочерей и маму, они – моя опора, моя поддержка, мое сокровище, самое ценное, что есть у меня в этой жизни, но пока я хочу отдохнуть даже от них.

Отдохнуть, перезагрузиться и вернуться к ним не замученной сорокапятилетней теткой, а обновленной и сбросившей балласт прошлых лет красивой женщиной.

Галинка и Иринка сказали правильную вещь: «Думая о других, мы постоянно забываем о себе. И это не есть хорошо. Себя надо любить и ценить. Ни когда-то там… потом, когда появится время, а здесь и сейчас, всегда».

В начале второго я покидаю клуб и спускаюсь на свою палубу. И всё время, пока иду, я улыбаюсь. А отдыхающие, то и дело попадающиеся мне на пути, открыто улыбаются мне. И это так здорово: излучать позитив и получать его в ответ.

Не зря мне когда-то давно, еще в девчонках, бабуля говорила, что внутренний настрой женщины – это ключ ко всему. Если ты себя чувствуешь неотразимой и восхитительной, принцессой, королевой, звездой – неважно! – то и окружающие, улавливая твой энергетический посыл, воспринимают тебя именно такой. Даже если ты в халате с бигуди на голове выносишь мусорное ведро.

Опасение, что на новом месте не усну, себя не оправдывает. Я растягиваюсь на двуспальной кровати наискосок, обнимаю подушку и, будто младенец в коляске, под мерное покачивание проваливаюсь в глубокий сон.

Спокойный, сладкий, обновляющий.

А когда утром просыпаюсь и выхожу на открытую палубу, чтобы полюбоваться бескрайним синим морем, ловлю на коже остатки тумана.

И снова улыбаюсь.

Вчерашний настрой не кажется мне бредом. Я беру курс на переформатирование.

ВИКТОРИЯ

Попу припекает.

Ощутимо.

Хотелось бы верить, что это ей так сильно солнышко заинтересовалось, но на небе для подобного умозаключения слишком облачно. Да и лосины, которые я надела для занятий йогой, которые проводятся на верхней открытой палубе, не черные, а зеленые.

Чему там подгорать?

Но у меня точно подгорает!

Забываю про позу коровы и тренера, который уже командует переходить к новому упражнению – позе кошки. Оборачиваюсь.

Не-капитан собственной персоной. Стоит на возвышении в виде балкончика позади нашей группы бабок-йожек и, облокотившись на металлический поручень, без стеснения пялится.

Нет бы на всех, но я же вижу, что на меня.

Вот же наглый тип!

Прищуриваюсь, посылая громы и молнии в его не защищенную кителем грудь – сегодня он предпочел надеть белую рубашку-поло и песчаного цвета чиносы, – но ему будто о стену горох. Замечает, что я его засекла, и даже взгляда не отводит. Мало того, выдает мне хитроватую ухмылку, а в добавок подмигивает.

У-у-у, какой наглюка!

– Эй, дамочка, – раздается сбоку раздражительным тоном.

Поворачиваюсь.

Та самая девица, что на двадцать лет меня моложе, подружка не-капитана и любителя женских поп в одном лице, во всю транслирует мне свое недовольство. Морщит носик, сверкает глазками, поджимает губки, а уж голосок наводит – в нем и предупреждение, и угроза, и едкое пренебрежение, всего хватает:

– Эта корова занята!

– Что, простите? – переспрашиваю.

Мы только что асаны коровы и кошки выполняли, может, послышалось?

Но нет, она о другом.

– Я говорю, на Ромашку рот не разевай. А то челюсть случайно вывихнешь. Это моя золотая корова, и дою ее тоже я.

– Доите? – повторяю, не скрывая удивления.

Краем глаза цепляю остальных любителей йоги. Они все бодренько поднимаются на ноги, а после сгибаются пополам, уверенно балансируя на четырех точках опоры – прямых стопах и прямых руках.

И как мне эту букву «۸» изобразить, если животик мешается?

– Именно, – шипит тем временем красотка.

Ясно же – ее йога мало волнует, а вот «Ромашка» – очень даже.

– Не строй о себе лишнего. Ни одна нормальная корова никогда не променяет свежую зеленую травку на старое сено. Понятно тебе?