— Селестина, как всегда, рада меня видеть, — с притворной сладостью ответила я, стараясь не выдать своего раздражения.

— Рада? Я бы сказала, удивлена, — протянула она, оглядывая меня с головы до ног. — Никогда бы не подумала, что у тебя хватит смелости… так выделяться. Хотя, подозреваю, дело тут не только в смелости.

Ее намек на мои «выдающиеся» габариты был очевиден.

— А разве в Академии Темных Искусств кто-то стремится быть незаметным, Селестина? — невинно улыбнулась я.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю, Анабель, — ее улыбка стала еще более ядовитой. — Такие как ты обычно стараются слиться со стенами, а не демонстрировать свои… объемы. Хотя, должна признать, ты сегодня особенно… внушительна.

— А разве внушительность — это недостаток, Селестина? — с деланной грустью спросила я. — Или ты просто завидуешь моей… масштабности?

Ее глаза сузились.

— Завидую? Тебе? Да ты смешная, Анабель. Мне завидовать нечему.

— Ну, не знаю, Селестина, — пожала я плечами. — По-моему, зависть — это довольно распространенное чувство среди тех, кто не может привлечь к себе внимание парней ничем, кроме своей… стандартной внешности.

Мой намек на ее явное стремление заполучить Луциана был прозрачен как горный хрусталь.

— Ты думаешь, Луциан обратит на тебя внимание из-за твоей… габаритов? — презрительно фыркнула она. — Он слишком умен, чтобы вестись на такое.

— А разве ты не боишься конкуренции, Селестина? — с притворной наивностью спросила я. — Ведь, как известно, в любви и на войне все средства хороши. Даже такие… масштабные, как я.

— Можешь даже не пытаться, Анабель, — ее голос стал ледяным. — Луциан принадлежит мне. И никакие твои… размеры этого не изменят.

— Ну, это мы еще посмотрим, Селестина, — с вызовом ответила я. — Как говорится, до бала еще есть время. И за это время многое может… вырасти.

— Ты просто смешна, — презрительно бросила она и, гордо вскинув голову, прошла мимо, оставив меня стоять посреди коридора с чувством легкой, но приятной победы.

— Плюс тридцать калорий за успешно отбитую атаку завистницы, — пробормотал Корнелиус. — И минус двести за то, что ты явно нарываешься. Селестина Морриган запомнит этот разговор.

— Пусть запоминает, — фыркнула я. — Мне плевать на ее мнение. Главное — я знаю, чего стою.

И возможность продемонстрировать свою «ценность» не заставила себя долго ждать. После урока трансфигурации, когда я выходила из класса, я столкнулась с Луцианом. Он, как всегда, был окружен своей свитой, но, увидев меня, он остановился и удивленно посмотрел.

— Лунариус? Я хочу сказать, что не злюсь за рога. Признаюсь — это была прекрасная шутка!

В его голосе не было насмешки, лишь легкое удивление.

— А разве казалось, что я пошутила?

На его лице промелькнула едва заметная улыбка.

— Конечно. Я потом понял, что вы старались меня насмешить.

— Старалась, Ваше Высочество, — с легкой иронией ответила я.

— И вам это удалось, — неожиданно искренне сказал он. — Вы… вы сегодня… излучаете уверенность.

— Уверенность? — переспросила я, слегка удивившись.

— Да, — кивнул он. — В вас есть какая-то… внутренняя сила.

Его слова заставили меня почувствовать приятное тепло внутри. Кажется, он начал замечать во мне что-то, кроме моих габаритов. Если это не очередной идиотский трюк.

— Может быть, это все из-за… хорошего настроения, Ваше Высочество, — попыталась я скрыть свое довольство.

— Или из-за чего-то еще, — с загадочной улыбкой ответил он. — Может быть… мы могли бы снова прогуляться сегодня вечером?

— Прогуляться? — переспросила я, стараясь не выдать своей радости.

— Да, — кивнул он. — Я бы хотел… лучше понять источник этой вашей… новой уверенности.

— Мне кажется, вы уже достаточно хорошо меня изучили, Ваше Высочество, — с легким сарказмом ответила я.

— Возможно, — согласился он. — Но мне кажется, что в вас еще много граней, которые мне хотелось бы рассмотреть.

Его слова прозвучали как вызов. И я с удовольствием его приняла.

— Что ж, Ваше Высочество, я буду ждать вас у главного входа через час.

— Буду там, Лунариус, — ответил он, и в его глазах я снова увидела что-то похожее на… интерес. И, может быть, даже легкое уважение? Значит трюк с рогами пошел ему на пользу. Держись, паразит. Рога — это только начало!